Прочитав все это, Кэти сначала пришла в неистовую ярость, а затем, немного успокоившись, принялась действовать. Обстоятельства вынуждали ее на самые отчаянные поступки, а потому она теперь вполне созрела для совершения самого ужасного преступления. Надо было помочь этой парализованной старухе умереть, снабдив ее проездным билетом прямо в рай, и тогда часть ее наследства достанется Даниэлю. Отняв его по суду у Себастьяна, Кэти становилась бы законной опекуншей денег своего сына.
Именно она, незаметно прокравшись в сад и, выждав момент, когда донья Дебора останется одна, отпустила тормоз ее инвалидной коляски, в результате чего беспомощная больная скатилась прямо в бассейн, и, не подоспей вовремя Мария Алехандра, Кэти смогла бы торжествовать победу. Однако, даже после первой неудачи, она не опустила руки и задумала прибегнуть к более надежному средству. В этом ей, как ни странно, невольно помогла лучшая подруга самой Деборы. Мече ужасно хотелось узнать имя убийцы, а потому как только Дебора сумела заговорить и приказала Гертрудис позвонить ее лучшей подруге, немедленно примчалась в дом Медины. И Дебора рассказала ей о том, что узнала на той фотографии Марию Алехандру, но взяла с Мече страшную клятву хранить полное молчание, "поскольку речь идет о счастье Себастьяна". И тут Мече поступила неосторожно.
— Боже мой! — воскликнула она. — В твоем доме находится убийца, а ты хочешь, чтобы никто об этом не знал. А ведь именно Мария Алехандра на пару с этой подозрительной монашкой запрещала мне приближаться к тебе, из опасения, что ты ее разоблачишь. Кто знает, что они замышляют, а ты хочешь и дальше подвергать свою жизнь опасности. Я немедленно поговорю с Себастьяном!
— Нет, нет и нет! — донья Дебора так разволновалась, что ей стало плохо. И вот в этот момент в ее комнате появилась Кэти, которая давно уже наблюдала из своей машины за домом Медина, и, убедившись, что там никого нет, поспешила проникнуть внутрь, вслед за Мече. Увидев, потерявшую дар речи донью Дебору, и, испуганно мечущихся Гертрудис и Мече, она сразу поняла, что пришел ее час.
— Мече, — обратилась она к толстухе, незаметно подменяя ампулу с успокоительным на другую, которую принесла с собой в сумочке. — Ты должна сделать ей укол. Сама я просто не представляю, как это делается. И поторопись, пожалуйста, ты же видишь, как плохо нашей бедной донье Деборе.
— Но, может, лучше подождать Себастьяна? — испуганно спросила та.
— Нет, нет, — продолжала настаивать Кати, — до его прихода она может просто умереть. Тем более, что это же всего-навсего успокоительное, которое еще никому не причиняло вреда.
И тут ее неожиданно поддержала Гертрудис:
— Да, да, я помню, что доктор Седеньо рекомендовал делать ей инъекции каждые три часа.
— Однако Себастьян сказал, что в этом нет необходимости, — робко напомнила Мече.
— Но он, без сомнения, сделал это по наущению Марии Алехандры, — бестрепетно возразила служанка, являя собой лучший пример пословицы "простота хуже воровства".
Услышав имя Марии Алехандры, Мече взялась за шприц.
— Ах, извините меня, но я не могу смотреть, как мучается бедная донья Дебора, — буквально простонала Кэти. — Мне лучше удалиться.
И буквально через полчаса после ее ухода донья Дебора уже перестала мучиться.
Если бы не неожиданный приход Тересы, то для Фернандо дела могли закончиться совсем плохо. Его разговор с Эстевесом и Монкадой, которые ввалились в его квартиру, буквально через полчаса после ухода Алехандры, стал принимать самый угрожающий оборот.
— Если по твоей вине с моей дочерью что-то случится, — говорил Эстевес, покраснев от гнева, — то можешь считать себя уже покойником.
В этот-то момент и появилась Тереса с удивлением оглядываясь сломанную дверь и двух незнакомых мужчин, которые с самым угрожающим видом подступали к Фернандо.
— Привет, — обратилась она к нему. — Я не помешала?
— Нет, нет, что ты, — радостно воскликнул он. — Сеньоры уже уходят. Кстати, сенатор, позвольте вам представить мою невесту Тересу.
Эстевес пробурчал что-то невнятное и, сделав знак Монкаде, разочарованно удалился.
— Кто эти типы? — поинтересовалась она после их ухода.
— Тот, что постарше — отец Алехандры, а другой — его наемный головорез.
— Ох, как страшно! А что они от тебя хотели?
— Узнать, где находится Алехандра… Кстати, что это у тебя в сумке? — поинтересовался Фернандо, желая сменить тему разговора.
Тереса лукаво улыбнулась.
— Я решила, что тебе хватит питаться сосисками и задумала приготовить настоящий обед.