— Ну, не крути, Фер, а говори, что задумал.
— Я женюсь на Тересе.
Рикардо вытаращил глаза и открыл рот.
— Зачем? Она же официантка…
— А какая разница между музыкантом и официанткой?.. Только в чаевых.
— Ну, не говори глупостей. Когда сходишь с ума по одной, зачем жениться на другой? Так ты только измучаешь и ее, и себя.
— Ишь, какой ты стал рассудительный, — усмехнулся Фернандо и, одним движением допив свой стакан, поднялся с места. — Тогда мне остается только один выход…
— Какой?
— Пойти и броситься с моста!
— Ну тогда хотя бы оплати счет и закажи мне пива, чтобы я мог помянуть лучшего друга!
Фернандо усмехнулся и так и сделал. Однако, оставив Рикардо в баре, сам он направился вовсе не к ближайшему мосту, а поехал в свой бар и вызвал Тересу на улицу.
"Все-таки, она очень красивая женщина, — подумал он, смотря на ее встревоженное лицо и сияющие глаза. — А что я ей могу предложить — лишь какую-то жалкую конуру, вместо квартиры, пару коробок сардин, вместо ужина, и старую кровать, скрипящую громче симфонического оркестра. Бедняжка, но ведь она так меня любит, что, наверняка, согласится. Однако, я порядочная свинья; мне нужно утешение, а ей — любовь.
— Ну, что случилось, Фернандо? Что с тобой? — не выдержав его испытующего взора, тревожно спросила Тереса, ежась от холодного ветра — она была одета лишь в открытое, легкое платье, в котором полагалось обслуживать клиентов.
— Ничего особенного, кроме того, что хочу предложить тебе выйти за меня замуж. Что ты теперь молчишь?
— Я не знаю, что сказать, — растерянно произнесла Тереса. — Брак — это очень серьезная вещь, а нас с тобой связывает лишь один случайный поцелуй.
— Справедливое замечание, — пробормотал Фернандо и, мгновенно наклонившись, поцеловал Тересу в трогательно-полуоткрытые губы. — Ну вот, теперь уже два поцелуя. Если мы и дальше двинемся вперед такими же темпами, то нас будет связывать очень и очень многое.
— А как же Алехандра?
— Ну, при чем здесь Алехандра? — досадливо поморщился он. — Она мне… как сестра, а вот ты меня притягиваешь именно как женщина.
— На сестру не смотрят с такой ревностью, с какой ты смотрел на нее во время той вечеринки, — напомнила Тереса. — И, вообще, ты сейчас пьян, и я не уверена, что ты вспомнишь о своем предложении, когда проспишься. Иди домой, и если ты не передумаешь до завтрашнего дня, я приду и скажу тебе свой ответ…
Однако, когда на следующий день, Тереса зашла к Фернандо, она застала его не менее, а то и более пьяным, чем вчера.
— С какой стати ты опять так надрался? — недовольно поинтересовалась она. — Если тебя мучает жажда после вчерашнего, то мог бы напиться воды.
— Вода, моя красавица, хороша только для уток, — назидательно заметил Фернандо, проводя ее в комнату и предлагая бокал. — Лучше выпей со мной и скажи, наконец, что ты там решила.
Тереса отважно выпила целый бокал какого-то дешевого красного вина и, немного помедлив, сказала, что согласна выйти за него замуж, но лучше будет "если мы какое-то время просто поживем вместе, чтобы получше узнать друг друга". Именно такой совет дала ей мудрая Мача, когда узнала о предложении Фернандо.
А тот, обрадованный этим решением, немедленно заключил ее в объятия, и, покрывая лицо и плечи горячими поцелуями, стал подводить поближе к своей знаменитой кровати, не уставая при этом клясться в самой горячей любви. В этот момент и раздался звонок в дверь.
— Алехандра? — изумился он. — Какого черта ты здесь делаешь?
Сразу после бурного разговора с Эстевесом, Камило поехал посоветоваться с Перлой, однако, по дороге решил сначала проведать Алехандру, которая должна была провести эту ночь в комиссариате. Купив ей красивую, шелковую пижаму и пакет разных сладостей, он постучал в комнату девушки.
— Просто не знаю, как вас и благодарить, — улыбнулась она, рассматривая его подарки.
— Очень просто, — улыбнулся в ответ Камило, — угости меня печеньем, а то я сегодня так и не успел поужинать.
Пока они оба уплетали печенье, Алехандра рассказала ему о разговоре с отцом.
— …Так что он вышел отсюда злой, как черт, — добавила она в конце своего рассказа.
— Это и неудивительно, — заметил Камило. — Твой отец терпеть не может того, чтобы кто-нибудь ставил ему условия. Но ничего, завтра Попечительский совет вынесет свое решение, и если сенатор Эстевес откажется подписать требуемые обязательства, твоим опекуном назначат Марию Алехандру. Надеюсь, ты не будешь возражать против этого?
— Нет, — покачала головой девочка, — наоборот, я буду рада.