Дальнейшие событие стали развиваться с калейдоскопической быстротой. На окружной дороге, автомобиль Перлы был остановлен двумя машинами, из которых мгновенно выскочили четыре человека, вооруженных пистолетами. Касаса посадили в одну машину, Перлу в другую и, завязав обоим глаза, куда-то повезли. Когда их ввели в какой-то дом и разрешили снять свои повязки, они, как и следовало ожидать, столкнулись с невозмутимо улыбающимся Монкадой.
— Я так и знал, что за всеми этими действиями стоит Эстевес, — с досадой сказал Камило, сожалея о том, что вовремя не обзавелся собственными телохранителями.
— А кто же еще? — яростно воскликнула Перла и обратилась к Монкаде: — Передай своему шефу…
— Тс-с-с. А ну-ка заткнись, Перла, — вдруг тихо, но так внушительно сказал он, что она сразу осеклась. — Ты в этом деле только помеха. На протяжении последних лет ты только и делала, что усложняла мне жизнь, и сейчас я совершенно не в настроении доставлять твои послания сенатору Эстевесу.
Он сделал легкий жест и два человека, с самыми невыразительными лицами, которые молча стояли за его спиной, тут же схватили Перлу и, не обращая внимания на ее вопли и проклятия, вытащили в соседнюю комнату.
— Отпустите ее! — потребовал Касас, грозно подступая к Монкаде.
— Поосторожнее, сенатор, — холодно предупредил тот, — я хотел вас спасти, но ведь могу и погубить. За Перлу можете не волноваться — ей не причинят никакого вреда. Она опасная женщина и ее нельзя недооценивать. Сама она никаких рамок не признает, а потому приходится ее удерживать в этих рамках силой. Садитесь и давайте побеседуем.
— Я могу выслушать вас и стоя.
— Конечно. Но, в таком случае вам будет неудобно читать те документы, которые я хочу предложить вашему вниманию.
Первой мыслью Камило была мысль о том, что сейчас его, в очередной раз, начнут шантажировать. Единственное, что вызывало сомнения — зачем было прилагать для этого столько усилий? Однако после первых же прочитанных строк, он недоуменно поднял глаза на Монкаду. Тот ждал этого вопросительного взгляда и понимающе улыбнулся.
— Но ведь этого вполне достаточно для возбуждения уголовного дела против вашего шефа!
— Совершенно верно, — удовлетворенно улыбнулся Монкада. — Для этого я и хотел вас ознакомить с подобными документами. А еще в моем распоряжении находятся пленки с записью переговоров сенатора Эстевеса с некоторыми зарубежными компаньонами. После их прослушивания даже у самого непредубежденною человека не останется никаких сомнений в том, что строительство этой злополучной плотины — прямое предательство интересов страны.
Касас был весьма удивлен.
— Честно говоря, я вас не совсем понимаю…
— Точнее, вы хотите сказать, что вам непонятны причины, заставляющие меня так поступать? В данном случае, в этом нет необходимости. Сенатор Эстевес добивается экстренного созыва верхней палаты конгресса, для того, чтобы ознакомить ваших коллег с видеопленкой, главными действующими лицами которой, являетесь вы и ваша секретарша Анна Мария.
— Но откуда она у него? Впрочем, я, кажется, догадываюсь…
— Вы правильно догадываетесь. Эту пленку предоставил ему бывший детектив Могольон, который следил за вами на протяжении последних недель… Если эта пленка станет достоянием гласности, все ваши планы по разоблачению сенатора Эстевеса просто рухнут.
— Но этого нельзя допустить!
— Совершенно с вами согласен. Именно поэтому я передам вам копии всех этих документов, а вы предъявите их сенатору Эстевесу и таким образом заставите его заткнуться. — Последние слова Монкада произнес так жестко и холодно, что Камило вновь с удивлением взглянул на него. Что, интересно, на уме у этого странного человека? Ради чего он предает своего шефа?
Все эти вопросы были так явно написаны на лице Камило, что Монкада усмехнулся.
— Дружище, когда перед вами раскрывают ворота рая, спешите проскользнуть внутрь, а не стойте снаружи, задавая ненужные вопросы! Какое вам дело до моих намерений, если я предоставляю вам возможность спастись самому и погубить вашего врага? Спешите действовать! Мои люди проводят вас к машине, только извините, но глаза вам придется завязать еще раз.
— А Перла?
— Она пока останется здесь, чтобы не натворить ненужных глупостей. Знаете, женские чувства непредсказуемы, а она все-таки долгое время была любовницей своего шефа. Желаю удачи, сенатор, и, берегите себя — вы, все-таки самый ценный из моих союзников! Мы должны покончить с сенатором Эстевесом как с политиком, чтобы он уже больше никогда не смог подняться.