"Нет, чтобы увидеть эту тварь за решеткой, все-таки стоило прилетать сюда с другого континента, — подумала про себя Кэти, сидя в кабинете следователя и присутствуя на допросе Марии Алехандры. — Ты хотела построить свое счастье на деньгах моего бывшего простофили-мужа? Ну нет, подруга, шалишь, они мне и самой пригодятся. Я даже, пожалуй, прилечу сюда еще раз, чтобы увидеть тебя на скамье подсудимых и дать против тебя показания. Все-таки, жизнь это великолепная игра, порой даже интереснее, чем "блэк джек", особенно, когда все идет по-крупному. Да, так о чем они говорят?"
В этот момент, следователь спрашивал Марию Алехандру:
— …А правда ли, что, однажды, когда вы были на прогулке с сеньорой Медина, которая была полностью парализована и не могла передвигаться без помощи инвалидной коляски, то оставили ее без присмотра, коляска скатилась в бассейн, а несчастная женщина едва не утонула?
— Да, правда, но ведь я же ее и спасла!
— Только потому, что не было иного выхода, — сочла необходимым вмешаться Кэти. — Просто рядом оказались свидетели. Зато, в другой раз вы сумели осуществить эту дьявольскую затею с лекарством…
— Это ты — убийца, ты, ты, ты! — неожиданно сорвавшись в истерику, закричала Мария Алехандра, и следователь был вынужден прервать допрос, отправив ее обратно в камеру.
— До чего же она коварна и хитра, — заметила Кэти прощаясь со следователем, — вам предстоит немало поработать, прежде чем она сознается. Желаю успеха!
Потом она заехала в гостиницу, взяла свои вещи и, расплатившись за номер, приказала таксисту доставить себя в аэропорт. И вот здесь ее ждал первый неприятный сюрприз — рейс в Канаду задерживался из-за нелетной погоды.
— Что за чертовщина? — пробормотала она. — Неужели подействовали молитвы этой проклятой монахини? Однако, Кэти, ты становишься суеверной.
Чтобы успокоить разгулявшиеся нервы, она отошла от стойки регистрации и немного прошлась по залу. В тот момент, когда пассажиров, следующих рейсом "Богота-Монреаль”, попросили пройти на посадку, она сразу рванулась в проход, и тут же наткнулась на непонятно откуда взявшуюся Гертрудис. Бывшая служанка была бледна, взволнованна, но максимально сосредоточена.
— Вот так сюрприз! — усмехнулась Кэти, не теряя самообладания. — Никак ты пришла меня проводить?
— Нет, сеньора, — отозвалась Гертрудис, пугая свою бывшую хозяйку каким-то странным, остановившимся взглядом, — с проводами ничего не получится, поскольку вы никуда не летите.
— Да ты не в себе, милая? — изумилась Кэти, отступая на шаг назад. — Что случилось? Впрочем, мне некогда это выяснять, мне надо на самолет.
Она попыталась обойти Гертрудис, но та вновь преградила ей дорогу.
— Ты что — рехнулась, дура? — зло спросила Кэти. — А ну, убирайся отсюда и дай мне пройти.
Но Гертрудис совсем не рехнулась, просто долгие размышления привели ее сначала к сестре Эулалии, которой она покаялась в своем грехе, а затем и к отчаянному решению, продиктованному ее католической набожностью. "Господь не простит мне моей лжи, — подумала Гертрудис, — из-за которой пострадает невинная душа. Надо помешать ускользнуть этой злодейке, которая убила мою дорогую сеньору". Поэтому она хотя и испугалась горящих злобой глаз Кэти, но продолжала твердо преграждать ей путь.
— Не двигайтесь, сеньора, — предупредила она, и, слегка вынув из своей сумочки, показала ей небольшой черный пистолет, — вы никуда не улетите. Помните — если вам плевать на жизнь других людей, то мне плевать на вашу…