— Да, я понимаю, — забормотал он, пытаясь собраться с мыслями, — все это очень поспешно и внезапно… я должен дать тебе время подумать… Но мне казалось, что все женщины так или иначе ждут такого момента.
— Но только не я, Себастьян… — Мария Алехандра заметила, как у него вытянулось лицо, и поспешила добавить: — Спасибо тебе за твое предложение… это был самый чудесный сон в моей жизни, но мне кажется, говорить о браке пока рано… Ты еще так мало меня знаешь. Оставим пока все как есть, и возьми назад свое кольцо.
— Нет, нет, — словно цепляясь за последнюю надежду, быстро заговорил Себастьян, — оставь его себе и никогда не снимай. Я согласен ждать твоего решения…
В холле резко и неожиданно зазвонил телефон. Мария Алехандра и Себастьян удивленно переглянулись, предчувствуя, что произошло что-то такое, что может иметь непосредственное отношение к их сегодняшнему объяснению. Себастьян недоуменно пожал плечами и снял трубку. Мария Алехандра застыла на месте, желая слышать все — каждое слово, каждую фразу.
— Да, — между тем говорил Себастьян, — нет, не разбудил… отлично, причем в этом есть и твоя заслуга… Операция?.. А сколько лет пострадавшей? — Наступила томительная пауза. Мария Алехандра не выдержала и подошла к Себастьяну. — Хорошо, сейчас приеду, — сказал он и положил трубку.
Мария Алехандра пристально смотрела на него и ждала объяснений.
— Это звонил Мартин, — пояснил Себастьян. — Срочный вызов. Кажется, случилось так, что других хирургов не оказалось под рукой.
— Ты так нервничаешь, — заметила Мария Алехандра. — Может, мне стоит поехать с тобой?
— Не стоит. Уже поздно, да и на улице холодно. Я поеду один, а ты ложись спать.
Но Мария Алехандра уже приняла решение.
— Я даже обсуждать это не буду, — решительно сказала она, направляясь к себе в комнату, — пока ты выводишь машину, я буду готова.
— И все же лучше не надо, — настаивал Себастьян. — Сегодня ночью в больнице могут произойти весьма неприятные события, поскольку пострадавшая — жена сенатора Эстевеса, известного своим скверным характером…
— Пострадавшая — Дельфина?!
Только совсем недавно у Камило Касаса в стенах сената произошло столкновение с Самуэлем Эстевесом, которое едва не переросло в большой скандал. Причина была все та же — Камило пригрозил выяснить, что стоит за горячей поддержкой сенатором Эстевесом строительства экологически вредной плотины; на это Эстевес пригрозил Касасу судом обвиняя в клевете. Расстались они крайне враждебно, а полому сам Камило впоследствии ругал себя за несдержанность. Узнав от Мартина о том, что Эстевес сейчас привезет в больницу свою жену, с которой произошло несчастье, он решил воспользоваться случаем и вновь поговорить со своим непримиримым противником, а для начала заказал по телефону корзину с фруктами на имя сеньоры Эстевес.
Хотя Эстевес вел себя сейчас сдержаннее и, казалось, был даже тронут беспокойством, проявленным Камило по поводу состояния его жены, договориться им не удалось. И причиной тому вновь стал злополучный вопрос о строительстве плотины. Однако на сей раз их разговор не дошел до взаимных оскорблений, более того Эстевес признал политический талант своего молодого соперника и даже выразил сожаление по поводу того, что они принадлежат к разным партиям. Камило Касас был представлен и дочери, и племяннице Эстевеса, которые, без всякого на то разрешения, взяли такси и, несмотря на поздний час тоже приехали в клинику. Все семейство Эстевеса осталось в приемной ждать результатов операции, которую, вопреки бурным протестам и угрозам сенатора, все же стал проводить Себастьян Медина; а Камило задумчиво направился к выходу, размышляя о поразительном сходстве Алехандры с девушкой из далеких воспоминаний юности. Пройдя по длинному больничному коридору, он свернул за угол и остановился, дожидаясь лифта. Когда дверцы лифта распахнулись, из него вышла высокая молодая женщина с взволнованным, озабоченным лицом. Камило от неожиданности застыл на месте, а затем, чувствуя, как бешено у него колотится сердце, преградил ей дорогу. Женщина удивленно взглянула на него, и тогда он в волнении произнес:
— Простите, сеньорита, но я уверен, что мы с вами где-то встречались.
Фраза получилась настолько пошлой, что он сам невольно поморщился, тем более что девушка лишь небрежно передернула плечами:
— Нет, вряд ли. Позвольте я пройду.
Но Камило решил проявить настойчивость: