Однако и того, что она узнала из текста заметки, ей хватило для многочасовых бессонных размышлений. Оказывается, у этой твари в тюрьме родилась дочь, то есть ее, Деборы, внучка! Но это невероятно, в это трудно поверить, в этом деле можно доверять лишь собственным глазам; и потому донья Дебора решила действовать, начиная прямо со следующего утра. Надо побывать в тюрьме и выяснить у начальницы имя этой мерзавки, а заодно и то, что сталось с ее новорожденной дочерью. Пока она не увидит эту девчонку, которой теперь никак не меньше пятнадцати лет, она не сможет понять, течет ли у той в жилах ее, Деборы, кровь!
Но если донья Дебора собиралась посетить тюрьму только завтра, то седая, толстая и неопрятная старуха по имени Маргарита постучалась в тюремные двери уже сегодня, переполошив всех охранников и надзирательниц. Она кричала, что является матерью Марии Алехандры Фонсеки и не уйдет, пока не узнает, где ее дочь. Тогда одна из надзирательниц решила посоветоваться с добрейшим отцом Фортунато, братом Эулалии. Именно ему выпало первому узнать еще одну страшную тайну. Оказывается, эта старуха сбежала из сумасшедшего дома, куда ее упрятал сенатор Эстевес. Легко было понять, какой опасности подвергается эта женщина, если влиятельный сенатор был так заинтересован в ее молчании, поэтому священник разрешил ей переночевать у себя, надеясь решить все остальное на следующий день при помощи Эулалии.
— Простите, это вы оперировали мою маму?
— А, так ты, значит, ее дочь? — Себастьян невольно залюбовался стройной, хорошенькой девчонкой с пышной гривой густых черных волос. Однако Алехандра по-прежнему сохраняла серьезность, несмотря на приветливую улыбку молодого хирурга.
— Можно узнать, как она?
— Некоторое время ей придется провести в постели, но причин для беспокойства нет, она вне опасности. А ты собираешься за ней ухаживать?
— Хотела бы, — вздохнула Алехандра, — но не знаю как.
— Ну это несложно. Ваш семейный врач все тебе объяснит.
— Наш семейный врач? — в комическом ужасе воскликнула девочка, широко раскрывая глаза. — Да ведь этот древний старик умеет только пичкать пилюлями. Пожалуйста, доктор, лучше вы сами лечите мою маму!
— Твой отец этого не хочет, — коротко сказал Себастьян, не желая больше ничего объяснять, но затем не удержался и добавил: — Во всяком случае, тебя я всегда готов лечить бесплатно, можешь обращаться ко мне.
— Почему? — изумилась Алехандра.
— А ты мне нравишься!
У Себастьяна было прекрасное настроение, поэтому и приход Марии Алехандры он воспринял как еще одно приятное событие. Однако она была удивительно грустной, если не сказать мрачной. Себастьян догадался, что она хочет ему что-то сказать, и быстро избавился от девчонок (Алехандра была вместе с Пачей), которые отправились навестить Дельфину. Когда они с Марией Алехандрой остались в ординаторской одни, он спросил:
— У тебя что-то случилось?
Она лишь вздохнула и села в кресло, не решаясь сразу сказать ему о том решении, к которому она пришла всего десять минут назад, взволнованная неожиданной встречей со своим прошлым, представшим перед ней в образе все так же влюбленного в нее Камило Касаса. Он знал все ее тайны и был другом Мартина, приятеля Себастьяна. «Зачем оттягивать это болезненное состояние, — говорила себе Мария Алехандра, — ведь когда он узнает обо мне всю правду, наше расставание будет гораздо мучительней. Нет, лучше сделать это сейчас, все равно у нас ничего не получится».
— Себастьян… — запинаясь произнесла она, — думаю, мы должны прекратить наши отношения. Пока не поздно, нам лучше расстаться.
Меньше всего он ожидал услышать от нее подобные вещи, а потому так растерялся и побледнел, что Мария Алехандра чуть было не пожалела о только что сказанном. В глубине души она понимала, что была с ним не совсем искренней, и, говоря о необходимости расставания, желала услышать его бурные протесты — он должен был попытаться переубедить ее, лишний раз доказав, что жить без нее не может. Все это было естественным женским кокетством, естественной, хотя и жестокой игрой, с помощью которой женщины овладевают мужскими сердцами. И если бы Себастьян повел себя неожиданно, хладнокровно согласился бы со всем, что она говорит, то Мария Алехандра была бы так шокирована, что скорее всего сама бросилась бы ему на шею. Однако, Себастьян был слишком простодушен, чтобы разбираться в хитроумном лабиринте женской души, а потому отреагировал именно так, как и ожидала Мария Алехандра, то есть по-настоящему испугался и дрожащим голосом пролепетал: