— А по мне так хоть бы вообще сдохла. Кого интересует жизнь этой помойной крысы? Где украденные драгоценности, Лорена?
И тогда Мача, злорадно улыбаясь, дрожащей рукой достала из-под подушки какой-то сверток и кинула его на пол, прямо под ноги Гертрудис.
— На, подавись.
Та охнула и упала на колени, поспешно собирая раскатившиеся кольца и ожерелья.
— Надеюсь, что здесь ничего не пропало, — бормотала она сквозь зубы, — а еще я надеюсь, что вижу тебя последний раз.
— Пошла вон, паскуда, — холодно сказала Мача, презрительно щуря блестящие глаза и облизывая пересохшие губы. Гертрудис вспыхнула, выпрямилась и хотела что-то ответить, но тут в их разговор вмешалась Тереса.
— Вы слышали, что вам сказали? Вон отсюда!
И, к изумлению и Мачи, и Гертрудис, вдруг схватила последнюю за шкирку и силой вытащила на лестничную площадку, с шумом захлопнув за ней дверь.
— Молодец, девочка, ты делаешь успехи, — только и произнесла Мача, нежно смотря на свою раскрасневшуюся подругу. — Ей-Богу, неплохо для начала!
— Я больше не потерплю, чтобы нас кто-нибудь унижал! — гордо ответила расхрабрившаяся Тереса.
А Перла продолжала плести интриги вокруг Камило Касаса. Анна Мария успешно справилась со своим первым заданием — она проникла в личный архив сенатора Касаса и сняла фотокопии некоторых документов. Случилось так, что, пока она возилась с этими бумагами, в комнату вошел сам Камило. Однако Анне Марии не составило большого труда убедить своего шефа в том, что она залезла в его архив исключительно из желания помочь ему разобраться с делами. Камило поверил и даже заявил, что полностью ей доверяет. Да и какой бы мужчина отказал в доверии такой очаровательной девушке с оливковым цветом лица и милыми, застенчивыми глазками!
Тем не менее сама Анна Мария испытывала большое беспокойство и ей все меньше нравилось то, что она вынуждена была делать, подчиняясь бесцеремонному давлению Перлы. Первые угрызения совести начались у нее еще тогда, когда, потрясенная известием о несчастье с Флоральбой, она приехала в больницу и, по просьбе этой немолодой и одинокой женщины, отправилась к ней домой кормить ее кота. В квартире Флоральбы самыми драгоценными были воспоминания, запечатленные в многочисленных фотографиях и сувенирных безделушках, да еще огромный, пушистый и очень ласковый кот, приветливо встретивший Анну Марию радостным мурлыканьем. Она сразу почувствовала симпатию к этой очень одинокой и не слишком-то счастливой женщине; да и сенатор Касас, улыбнувшийся своей простодушной мальчишеской улыбкой и попросивший называть его просто Камило, очень понравился ей и как шеф, и как мужчина. Они оба производили впечатление искренних и порядочных людей, в то время как зловещая улыбка Перлы всегда была пропитана тонким ядом!
Однако Анна Мария любила своего отца и всячески стремилась помочь ему поскорее выбраться из тюрьмы, а именно Перла обещала ей это. Поэтому, придя на назначенную встречу в кафе, Анна Мария безропотно отдала ей все добытые фотокопии, и довольная Перла тут же отправилась с ними к сенатору Эстевесу.
Тот пребывал в самом благодушном настроении, поскольку незадолго до ее приезда наконец-то впервые после долгого перерыва добился благосклонности собственной жены. Причем все это произошло случайно, благодаря тому, что он зашел в комнату Дельфины как раз в тот момент, когда она переодевалась. Увидев входящего мужа, она судорожно запахнула пеньюар.
— Что такое? Что это ты от меня закрываешься?
— Ничего, — как-то смущенно отозвалась Дельфина, пряча глаза от его пытливого взора, — просто так…
Эстевес прошелся по ее спальне и вдруг заметил ажурный бюстгальтер ярко-красного цвета. Он всегда питал слабость к элегантному женскому белью, а потому не преминул взять его в руки и внимательно рассмотреть.
— Я раньше не видел у тебя такого белья… — заметил он, держа в руках бюстгальтер и подходя к Дельфине, которая почувствовала себя так неловко при его приближении, что даже поежилась. — Какой интересный цвет… а что, трусы тоже красные?
Она кивнула, а затем добавила:
— Пожалуйста, оставь в покое мои вещи.
— Интересно… — протянул Эстевес, и Дельфина внутренне вся сжалась, ожидая внезапного нападения, — если женщина покупает белье такого вызывающего цвета, значит, она хочет раздразнить мужчину, как быка, а следовательно, ей самой хочется чего-то запретного.
Он положил руки ей на плечи и ловким движением сдернул пеньюар. Она оказалась перед ним в одной юбке и обычном белом бюстгальтере.