— Что значит дали? — тупо спросил Чекмарёв.
— Бесплатно дали, — пожала плечами Маринка. — Да ещё и заставили какого-то мальчишку мне помочь донести всё это до дома. Говорят: из большого уважения. Приходите, говорят, только к нам, мы вам дадим столько товара, сколько надо и бесплатно. А можем, и сами принести, только скажите. Наверное, торговцы на рынке все сбрендили разом. То от них мелкой скидки не допросишься, а то вдруг такая щедрость. Дорогой, так это ещё не всё. Пока мы с мальчишкой шли до дома, нас перехватил какой-то дядька и передал мне небольшой свёрток. Говорит от всей души на благое дело. Ничего не понимаю. Что за дело-то?
— Что за свёрток? — насторожился Чекмарёв. — Может мина?
Маринка положила на стол небольшой свёрток, похожий внешне на пачку денег, завёрнутых в непрозрачный пластик. Развернув свёрток, Денис Тихонович и Маринка обомлели. Это оказались таки действительно деньги. Сто билетов государственного банка достоинством по пять тысяч рублей. Всего пятьсот тысяч.
Провокация — похолодел Чекмарёв — бывшие коллеги постарались. Это или меченые деньги с невидимой надписью «Взятка», или фальшивые купюры. Сейчас в дом ворвётся ОМОН и повяжет нас с Маринкой. И любой эксперт докажет по отпечаткам пальцев, что мы дотрагивались до них. И пойдём по этапам на Север тайгу тяпать, а дочку отдадут в приют. Так что поздно метаться и пытаться избавится от этих денег, да и бежать поздно: за домом, наверное, уже плотное наблюдение. Эх, Маринка, Маринка — подвела ты, по своей наивности, семью под монастырь. При обыске в доме найдут пару пулемётов, ведро динамита, и пуд наркоты, и привет свободе.
У Чекмарёва стала кружиться голова, а ноги сделались ватными. Хорошо хоть дочки нет в доме, она, наверное, сейчас с внучкой Безпалько где-то бегает. Хоть не увидит дочка такого позора её родителей.
Но, что-то ОМОН задерживается. Может, у них какая накладка случилась, и придут ночью?
— Надо срочно сжечь эти деньги, и упаковку тоже, — глухо произнёс глава дома.
Но Маринка не въезжала в тему своими женскими мозгами:
— Жить на какие средства станем? Просвети, — справедливо возмутилась она. — Ты ещё работу не нашёл. Я не работаю. Елизаветка тоже не работает. Даже наша кошка денег домой не приносит. А есть все просят. Может, это твои коллеги сбросились? Вошли, так сказать, в положение.
У Чекмарёва имелось несколько другое мнение о своих коллегах, особенно о начальниках. Но, Маринка упёрлась и не хотела из своих рук выпускать такие деньги.
— А ещё меня сегодня бесплатно подстригли, — вдруг ляпнула она. — А ты и не заметил.
Тут только Чекмарёв соизволил заметить креативный шарм на голове супруги. Однако, у него от головокружения, уже не имелось сил выдавать родной жене комплименты. Та заметила, что с мужем непорядок, засуетилась. Всё-таки Маринка по образованию значилась медицинской сестрой, но уже долгое время не работала в местной больнице — сидела дома с ребёнком. Вот теперь её медицинское образование срочно потребовалось.
Через некоторое время Чекмарёв лежал на диване с таблеткой под языком от давления и думал горькую думу. С думанием получалось плохо: супер-пупер невесть что получалось. Мысли путались из-за непонятных событий в посёлке и неурядиц в личной жизни. Чекмарёв совершенно не улавливал логику событий: всё скатилось в чрезвычайную странность и походило на чей-то коварный расчёт, а логика не бывает странной: она либо есть, либо её нет. Какой-то сюр, от которого связь с космосом теряется.