Другие сорта ягоды, собранные сегодня на болотах, Никодим вручил своей хозяйке бабе Вале. Та только рада услужить своему постояльцу, сварив ему варенье, да и внукам перепадало варенья приличное количество, ибо очень уж много ягоды Никодим приволакивал с болот. Вот вам и городской человек, а по болотам шастает, как у себя дома по паркету и всегда с добычей.
То, что добычи у учителя опять получилось много, не укрылось ещё от трёх пар глаз. Глаза принадлежали соседям и закадычным друзьям Боре Поленову, Никите Ручкину и, примкнувшей к ним Маринке Туйман. Маринка у друзей проходила под грифом «младшая подруга». Боря и Никита от школы с Божьей помощью, но через пень — колоду, отделались ещё в прошлом году, а Маринке ещё целый год, как тому медному котелку, страдать в школе — этой юдоли скорби и печали. Природа щедро наградила Маринку красотой, однако, на этом пункте награды кончились.
То, что друзья умудрились окончить школу и не загреметь в тюрьму, одним только божьим промыслом и можно объяснить. Несмотря на то, что Борюсик и Никитос по сути являлись отъявленными раздолбаями и дуболомами, Маринка с ними дружила, хоть и считала их не просто тормозами, а настоящими стоп-кранами. А куда деться, если они ближайшие соседи, да и родители у всех троих трудились на торфоразработке. Все три семь жили дружно, но бедно: торфоразработка не тот бизнес, чтобы обогатиться. Боря и Никита сейчас находились в подвешенном состоянии: в армию их почему-то не призывали, может осенью призовут, а достойную работу они пока себе не нашли. Не торф же, право слово, им идти копать, как их предки? На торфоразработках надо пахать, как той лошади на плантации. Но даже добыча торфа им не светила по причине того, что фирма, где трудились их предки, дышала на ладан: основных бы толковых работников прокормить. С одной стороны хорошо, что друзья стремились найти подходящую работу, но с другой стороны плохо, что они являлись теми ещё дуболомами, и в округе весь местный истеблишмент прекрасно осведомлён об этом их свойстве. Так-то Борис без Никитоса, а Никита без Борюсика вели себя почти как нормальные парни. Но как только они собирались вместе, то становились не просто раздолбаями, а раздолбаями в квадрате, у которых на роду написано постоянно находить приключения на пятую точку даже на ровном месте в тихую погоду. Известно, что великие люди входят в историю, а некоторые дуболомы только и умеют, что вляпываться в истории.
Маринка чуть сдерживала их потуги где-то сломать себе шею, но у неё это слабо получалось, ведь друзья олицетворяли собой ходячую катастрофу, но с зашкаливающим оптимизмом в глазах. Что с девчонки возьмёшь? Да и как она сможет сдержать двух здоровых, но дурных обормотов, у которых вся жизнь катастрофа, начиная с пелёнок? Попытки этих обормотов заработать себе капитал встречало яростное сопротивление судьбы, зато судьба не скупилась им на синяки и шишки, но просто так сидеть дома так же весело, как заполучить нежданный геморрой с плоскостопием. Пока ещё у парней руки не опустились, и они пребывали в творческом поиске найти себя в этой жизни, но жизнь в посёлке для них превратилась в существование, как на том знаменитом острове Невезения, где, как известно, даже крокодил не ловится, кролик не размножается и не растёт кокос. Удары судьбы пока ещё не добили ребят окончательно, но их идеи заработать становились всё завиральнее и завиральнее. Из-за отсутствия денег и работы друзья петросянили круглосуточно, периодически становясь посмешищем для окружающих. Отсутствие денег в кармане и нулевые знания в голове они заменили верой в себя и смекалкой. Особенно замечательно обстояло со смекалкой.
Вчера вечером ребят осенило — хватит балду пинать, ведь можно влёгкую подняться на цветных металлах, которые в некоторых местах валяются совершенно бесхозными. Надо просто подойти и взять их. Потом сдать в скупку и вуаля — куча денег на кармане. Цветной металл, имелось в виду, это алюминий, который располагался на столбах. И что с того, что на столбах? Умный человек завсегда найдёт способ, как взобраться на столб, ведь умный человек произошёл от умной обезьяны, сам Энгельс вскользь как-то написал об этом интересном факте. Умная обезьяна завсегда на столб заберётся и не сверзится оттуда.
Друзья не учитывали тот факт, что из-за этого, якобы бесхозного участка электрической линии, уже пара человек намотала себе срок за воровство алюминия, потому как обществом не поощрялись такие закидоны отдельных представителей электората. Как оказалось, не одних Никитоса с Борюсиком осенило стать предприимчивыми бизнесменами в этом секторе экономики. Такая идея посетила некоторых городских и поселковых товарищей, которых вдруг торкнуло, что можно разбогатеть на сдаче алюминия. Скупка принимала металл исправно, как исправно сигнализировала участковому. Дальше дело техники. Участковый узнавал адрес предпринимателей и перекидывал им во двор кусочки проводов, а затем с понятыми приходил для выяснения обстоятельств дела. Во как! Ого! Да у вас весь двор тут завален обрезками проводов! Интересно, что скажет экспертиза: те это провода, что висели на столбах, а потом их оттуда кто-то попятил, или другие? Само собой, это оказывались именно те провода, а предприниматели чесали репу: как это они оставили во дворе столько улик. До экспертизы дело не доходило, так как участковый на руки получал явку с повинной и чистосердечное признание в содеянном, ведь, как обещал участковый, за чистосердечное признание и наказание меньше: отсидите годик и выйдете с чистой совестью, а без признания — вплоть до расстрела.