Борюсик и Никитос, естественно, не знали и знать не хотели, что этот участок электросетей исправно давал хороший процент раскрываемости преступлений, и всё давно поставлено на поток. Здорово не заморачиваясь над анализом рисков, без объявления цыганочки с выходом, они ночью пошли на дело, вооружившись ножницами по металлу. Ножницы они тайно позаимствовали у отца Борюсика. Ребята даже не сообразили, что сеть может находиться под напряжением. Подумаешь фигня какая? Сколько там этого напряжения?
Маринку решили не посвящать в предстоящее дело, ведь женщины в физике не петрят, её дело на кухне сидеть и тренироваться варить кашу и щи для будущего мужа и ребёнка.
Дома, где жили Поленовы, Ручкины и Туйманы располагались почти на самом краю посёлка. Дальше улица вместе с дорогой кончалась, но начиналась низина со всеми местными прелестями, а именно, все низины в этой местности любили заболачиваться. Город и посёлок располагались на холмах, а в низине строительство не велось по причине грунтовых вод. Друзьям по темноте предстояло пройти до другой части посёлка, где располагался их объект лёгкого обогащения — главное никому не попасться на глаза. Товарищи, чрезвычайно довольные своей предприимчивостью, пока шли, обсуждали между собой тот факт, что никто до такого быстрого обогащения не додумался, кроме них. Это говорило о том, что они явно незаурядные личности, у которых скоро красиво зашелестит в карманах. Учителя, что ставили им трояки, пусть теперь кусают локти, когда увидят своих бывших учеников в дорогом прикиде. Ведь ежу понятно — раз у этих ребят такой прикид, значит, у них водятся деньги, а деньги не говорят, а верещат об умственных способностях их обладателей. Много денег — много ума — лягушке в болоте понятно.
Темнело стремительно. Пришло время, когда небесная странница Луна устремилась в свои чертоги: чернильная тьма опустилась на посёлок. Сегодня Луна не хотела показываться из-за облаков, что молодых прохиндеев радовало.
— Ну, чтоб у нас на этот раз получилось всё чики-пуки, — сказал Никитос, когда ребята аккуратно подходили к объекту. Как-то так получалось, что все предыдущие проекты такого же интеллектуального уровня оборачивались для друзей синяками. Впрочем, оборачивались крахом не только проекты, а также начинания и даже темы. Вдруг вылезали неучтённые факторы, которые появлялись в самый неподходящий момент, но приводили к катастрофическим последствиям.
Вот и теперь друзья, находясь в темноте, вдруг услышали какое-то шебаршение и приглушённые слова. Вот же облом: на объекте кто-то находился, и этот кто-то, вероятнее всего, из проклятых конкурентов. Значит, сделали вывод друзья, не только в этой местности они одни такие умные, а есть ещё хитросделанные умники. Но вступать в полемику с конкурирующей организацией друзья не захотели по простой причине — конкурентов топталось у объекта на одно рыло больше, но наблюдать над действиями конкурентов посчитали нужным. Любопытство их обуяло. К объекту друзья переместились крадучись, как ниндзи.
Две тени стояли у столба, а одна тень уже полезла по нему к проводам. Ловко так полезла, потому как произошла от умной обезьяны, но из стада конкурентов.
Выглядывая из-за дерева, Никитосу пришла мысль, что на данном празднике жизни они оказались явно лишними и не нужными свидетелями. Эта догадка вызвала с его стороны вздох разочарования — ему всё стало ясно, что им опять не светит, и он даже отпустил толстую ветку дерева, которую согнул, чтобы лучше видеть события возле их законного объекта обогащения.