Акт проверки подписали незамедлительно: свои подписи под актом поставила морально раздавленная Алла Леонидовна, размашисто расписался Сквозняк и поставили свои закорючки необъятная особь женского пола с избыточной массой тела и неизвестным науке цветом волосяного покрова, служащая в городском управлении образования и ещё кто-то, на кого Сквозняк даже внимания не обратил. В акте отражались все смертные грехи, допущенные директором школы, что тянуло в правильном либеральном обществе на высшую меру социальной защиты. Плохо, что сейчас время такое, что директора не отправишь на каторгу, или в монастырь замаливать свои грехи.
Вскоре многим больше стала молиться баба Серафима. Как только коллективу представили нового директора, то материться и молиться захотелось не только бабе Серафиме, а всему коллективу, кроме психологини: той новый директор понравился — от нового директора веяло настоящей инклюзивной толерантностью. Глядя на нового директора, некоторые учителя соображали: это что, вообще, такое к ним прибыло. Оно же явно немножко того: немножко цветное. И дети это видят. Что они подумают? Может, уже всё, как написано в Святой Книге — началось, и приближаются последние дни!? Налетит новый всемирный потоп и смоет весь этот педикулёз, что образовался на поверхности Земли.
Баба Серафима точно знала, что Слово Божие усмирит любого зверя и обратит прочь порождение Нечистого. Если раньше, она точно знала, что в школе завёлся один чёрт по имени Никодим, то сейчас появился, прости Господи, Бусик — не человек, а скопище бесов. Никодим, хоть и чёрт, но чёрт правильный: деток умному учит, пользу школе приносит, хоть брать от чертей и невместно, но пока от него только польза. Мир перевернулся: черти стали лучше людей, а люди позволили зловредным бесам завладеть своей душой. Осталось только возносить молитвы.
Серафима всей душой обратилась к Богу:
— Господи Иисусе Христе, сыне Божий. Помоги моей школе справиться с путами дьявольскими и изгони прочь из неё одержимость бесовскую. Очисти наше учебное заведение от скорбного гнева, от ругани, брани и жестокости. Уничтожь во всей школе язву греховную и умой святой водой адского беса, именуемого Бусик. Отпусти все грехи наши тяжкие и не наказывай души учителей невыносимой скорбью да будет воля твоя и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
Но даже не очень религиозные учителя и те вдруг пожелали, чтобы в их школу пришёл батюшка со святой водой.
Новому директору школа, как здание, понравилась. Если бы ещё в ней не шумели малолетки и коллектив трудился поприличнее, а то одеты все, как в монастыре и делают круглые глаза на прикид нового своего начальника. А он одет по самому последнему писку прогрессивной моды. За этот шмот Рома отвалил полмиллиона денег в крутом бутике, пока у него водились деньги. Потом случился маленький облом на катране, где он постоянно зависал и не заметил, как проиграл все оставшиеся деньги в приятной компании, состоящей из гаишника Вадика, городского судьи Панькова, депутата Митрофанова и Коленьки Домкрата, понемногу промышлявшего разбоем. Бывают в жизни огорчения, но местным динозаврам такое не понять: у них тут сливок общества не наблюдается. С половиной коллектива школы придётся расстаться, с самой дремучей половиной. И даже не заплачу. Начать надо с секретарши Танечки. Это что за секретарша такая под полтинник лет? Разве она украшает приёмную директора? В приёмной должна сидеть девушка, чтоб ноги от ушей, или лучше молодой мальчик. Да, молодой исполнительный неманерный мальчик будет приличнее смотреться, чем непонятная «тётька»: надо такого в городе поискать в местной специфической тусовке. Бабушек из школы надо гнать поганой метлой, а то не школа, а богадельня получается: вот чему может научить некто Мамошина. Да с неё уже песок сыпется. Тэк-с, завуча пока оставим, но подумаем. Хотя хера лысого думать. На её место надо психологиню ставить. За неимением приятного мужчинки. Что за школа? В ней только бабушки отираются, да вздорные женщинки. Фи на них.
Вообще, женщины в списке жизненных ценностей Бусика стояли гораздо ниже помойных кошек. На ступеньке ниже располагались только грязные бомжи. Зато Бусика интересовали брутальные самцы и неманерные юноши.
Директор трудился над проскрипционным списком: кого из преподавателей надо срочно выгонять, кого оставить, кого перевести на другую работу. Должна образоваться движуха, тогда народ оживает и начинает вибрировать, а то развели, понимаешь, болото. Да… и это… непременно надо избавиться от вахтёрши бабы Серафимы. Зачем дурная старушка всё время бормочет на своём древнеарамейском языке? Пусть эта дура дома молится на печке или где она там молится.