Зину встретила встревоженная Кася.
— Не беспокойся, я на минутку. Мне нужно повидать его, — пыталась успокоить ее Зина.
— Сейчас же уходите! Всех хотите подвести?
Но Зина быстро прошла в комнату, где вчера лежал Юзеф. Там никого не оказалось.
— Где он?
Кася ухмыльнулась.
— Почем я знаю.
— Зачем ты говоришь неправду? Ты знаешь, — настойчиво продолжала Зина, — я принесла очень полезное лекарство.
— Оставьте его здесь! Я передам вечером, — предложила Кася.
— Какая ты непонятливая! Это внутривенное вливание, понимаешь? Нужно сделать укол. Ты же не сделаешь?
Кася заколебалась.
— Укол можно сделать и вечером…
Зина покопалась в своей сумке и вытащила несколько ампул.
— Вот они. Видишь? Их надо немедленно ввести в кровь Юзефа. Неужели ты хочешь, чтобы он умер?.
Кася задумалась и нехотя сказала:
— Ладно уж…
Нагнувшись у печи, она вытащила деревянную заслонку, которая прикрывала широкий проем, куда хозяйки обычно складывают для сушки дрова, рогачи и разную кухонную утварь, просунулась туда и начала разгребать руками землю, складывая ее в ведро. Вскоре открылось небольшое квадратное отверстие. Просунув туда руку, можно было нащупать металлическое кольцо. Сквозь кольцо Кася пропустила вожжи, протянула оба конца через другое кольцо на верхнем своде печи и выползла наружу. Поплевав на руки, скомандовала:
— А ну, беритесь, пани медичка, мне самой не одолеть. Только смотрите, никому ни слова.
Однако их усилиям крышка не поддавалась. Кася открыла чугунную дверцу в печи, предназначенную для выборки сажи, и крикнула:
— Юзеф! Слышишь? Помоги, а то мы не можем вытащить ящик.
Вскоре, к удивлению Зинаиды, что-то непомерно тяжелое начало поддаваться. Тянули до тех пор, пока не показался в подпечье полуметровый в высоту ящик с землей. Покачиваясь, он подтянулся к печному своду и застыл, закрепленный вожжами. Через некоторое время из люка показалась взлохмаченная голова Юзефа. Хмурясь от яркого света, Юзеф раздраженно осведомился:
— Ты зачем пришла? Другого времени нет? — И смягчился. — Или случилось что, Зина?
— Лечить ей тебя загорелось, — язвительно вставила Кася.
— Да… принесла лекарство, — пролепетала Зина и ревниво оглянулась на Каею.
В дверь постучали. Юзеф скрылся. Кася бросилась загораживать подпечье. Торопливо отвязав вожжи, она опустила ящик с землей, установила деревянную заслонку, приказала Зине:
— Идите же скорей к столу, чего остолбенели?!
Стук повторился, и Кася, не дожидаясь, когда Зина придет в себя, бросилась в сени.
На пороге появился Гурьян.
— Напрасно вы, пани медичка, приходите к нам в дом. Ох, напрасно. К добру это не приведет. Не жалеете вы свою голову, да и за наши забываете. Вечером, по холодку — всегда рады вас видеть.
— Я пришла со стороны леса, меня никто не видел, — оправдалась Зина.
— Э-эх, пани медичка, пани медичка, никто вас не видел, — укоризненно покачал головой лесник. — Людской взгляд что нож острый — и не увидишь, как он пронижет тебя, от него разве скроешься… Так вы Юзефа пришли проведать?
— Я здесь кое-какие медикаменты достала, — показывая ампулы, виновато пояснила Зина. — Они очень нужны больному.
— Вам виднее, что ему нужно. Ну что ж, раз принесли, оставьте, а вечером дадим раненому, — смягчился Гурьян и, подойдя к столу, опустился на табуретку.
— Зачем же вечером? — удивилась Зина. — Раз уж я пришла, можно и сейчас. Мы ведь только что говорили с Юзефом. Он ведь там, внизу…
Лесник побелел. Потом стал краснеть. Кровь волной посунулась от напряженной шеи, залила сначала подбородок и выпиравшие скулы, потом сухие щеки и, наконец, морщинистый нахмуренный лоб. Страшный, похожий на разъяренного быка, он медленно поворачивал голову к онемевшей от ужаса дочери.
— Вы не удивляйтесь, — стала успокаивать его Зина, — о схороне мне сказал Юзеф.
Гурьян с недоверием переспросил:
— Юзеф?
— Да.
Гурьян прохрипел:
— Ну, что ж, теперь вы знаете все… Смотрите, пани медичка, не вздумайте шутить!
— Меня не касается, чем вы занимаетесь, и можете быть уверены, дальше этих стен ваша тайна не уйдет, — заверила Зина. — Откройте люк.
Гурьян покорно подошел к печи. Через минуту снова появилось хмурое лицо Юзефа. Он сказал Зине:
— Спускайтесь в мои хоромы. Согласны? Это совершенно безопасно.