«Нет».
Удаляю последние сообщения и отправляю ее номер в черный список. Одного мужчину она у меня уже отняла, разрушив все до основания, и больше я не позволю ей лезть в мою жизнь.
13 глава
Кирилл спит в детской. Вани в спальне нет. Я нахожу его на террасе. В одной футболке, хотя на улице довольно прохладно.
Он всовывает в зубы сигарету и будто разговаривает о чем-то сам с собой. Вроде и забавно выглядит, даже умиляет, если не знать, что на самом деле в эти минуты происходит у Вани внутри.
Я замираю в нерешительности, не зная, как поступить. Давно не девочка. Мать, бывшая жена. Невеста. У нас свадьба на носу так-то. Но все катится к каким-то чертям.
К одному черту, который, даже лежа под капельницами и аппаратами, спокойной жизни никому не дает. Выдумал какое-то завещание. Ну ничего, как отойдет малость, заеду к нему на пару слов.
— Вань... — Я подхожу к Крайнову. — Мы взрослые люди, и игнорировать друг друга или проблемы — глупо. Тем более я не из злого умысла скрыла от тебя правду. Я обычный человек, со своими страхами и комплексами. Со своим прошлым. У жизни не бывает черновиков. Вот и я живу так, как умею: где-то учусь, где-то ошибаюсь. Я не хотела тебя обидеть и уж точно не пыталась усидеть на двух стульях.
— А почему промолчала?
— Потому что… привыкла.
Ненавижу эти разговоры начистоту. Они делают меня уязвимой, а я в последнее время и без того слишком часто себя такой чувствую.
— У меня не было опоры, не было сильного плеча рядом, не было человека, который бы заботился обо мне так, как ты. Сначала было дико неудобно, не верилось, что мужчина вообще может испытывать нежные чувства к женщине, которая беременна не от него. Да еще и без какой-то красивой завязки, как в кино. К тому же вокруг столько молодых, успешных, здоровых…
— Глупость такая, — хмыкает Ваня, но смотрит он как-то по-доброму, располагает продолжить.
— Ты когда прикоснулся впервые к животу и разговаривать с Киром начал, упрашивать его, чтобы перестал мамку мучить и дал всем передохнуть, сказал, что тоже его ждешь... у меня сердце сжалось.
Вспоминаю, как в тот момент от счастья и облегчения покатились слезы. Наверное, именно тогда появилась уверенность, что я смогу, выношу, что преодолею все. Вместе с Ваней.
Так и случилось.
Делаю попытку обнять его, но он будто ледяная глыба. Не трогают Крайнова мои признания.
— Эва, давай не сейчас. У меня в голове пиздец что творится.
«Пиздец» — слово, которое Ваня часто использует в особенно радостные моменты. Но сейчас — не радостный. Да и что поделать, если и правда пиздец? Я сильно заблуждалась, когда думала, что он прекратился. Уровень стресса зашкаливает. И не только у меня.
— Вань, идем в дом.
— В дом, — повторяет он. — Нет... Я в городской квартире сегодня переночую, скоро поеду. Завтра еще на работу рано, и нагрузка двойная из-за… — Ваня осекается.
И я понимаю, что из-за моего бывшего мужа, фамилию которого он произносить не хочет.
— В общем, переварить мне надо. — Ваня скупо целует в макушку. — Пойдем. А то и так с лактацией не очень, еще грудь застудить не хватало. Выбежала в одной футболке.
Он выбрасывает окурок в мусорку и подталкивает меня к двери.
Не хочу, чтобы он уезжал.
Не хочу оставаться одна.
И думать о том, что Ваня, возможно, согласится увидеться с Ангелиной, тоже не хочу. Как и о том, к чему это приведет.
Однажды я уже поверила ее словам и искренности — и вот чем это обернулось. Сомневаюсь, что Ангелина вообще способна на любовь. Материнство меняет, но вряд ли в ее случае. До сих пор не понимаю, как она снова оказалась в моей жизни.
В спальне я наблюдаю, как Ваня переодевается. Он задерживает на мне взгляд. Несколько долгих секунд мы молчим.
— Ты же на одну ночь? — первой нарушаю тишину.
— Да. Нет… Не знаю.
Сердце делает кувырок, оставляя щемящую боль.
— Ваня…
Он отводит взгляд.
— Просто дай мне время, ладно?
— Ладно, — вздыхаю.
Крайнов уходит, а мне хочется скатиться в истерику, позвонить Ангелине и спросить, чего она добивается. Какая ей вообще разница, что и кому завещал мой бывший муж? Наш общий. Какого черта она настойчиво просачивается в малейшую трещину и делает ее потом огромной дырой?