— Я… я не знала, что это важно… — Ксения хватается за голову. — Господи… Это моя вина. Я не должна была ее слушать…
Я киваю:
— Поздно.
Выйдя из ресторана, все действия выполняю на автомате: сажусь за руль, включаю двигатель, строю маршрут до дома.
Нужен план, но какой вариант ни начни раскручивать — тупик. В критической ситуации мозг выбирает самый приемлемый, но в моем случае выхода просто нет.
Тело снова сковывает от напряжения. Пробую сделать вдох — безрезультатно. Воздуха не хватает, а перед глазами расплывается пятно. Голова кружится, пальцы немеют. Руль будто чужой, он выскальзывает из-под ладоней.
Я прижимаюсь к обочине, включаю аварийку и открываю окно. Жадно вдыхаю воздух, но его все равно не хватает. Головокружение лишь усиливается. Перед глазами уже пелена.
Судорожно тянусь к телефону, чтобы набрать Ваню, но аппарат падает из рук.
На меня обрушивается темнота.
Все. Кажется, стресс взял свое.
15 глава
— Эй, все в порядке?
Меня щедро отпаивают водой, хлопают влажными ладонями по щекам. Остановился какой-то неравнодушный. В наше время — почти фантастика.
— Скорую?
— Спасибо, ничего не нужно. Все в порядке. Если можно, воду оставьте.
Делаю себе пометку: купить маленькие бутылочки и рассовать по боковым дверцам.
Незнакомец не уходит. Стоит рядом и внимательно разглядывает, будто оценивая, правда ли мне лучше или просто отмахиваюсь.
— Здесь нельзя останавливаться, это платная дорога. Камеры фиксируют стоянку и аварийку, рискуете штраф получить. Я подъехал посмотреть, не нужна ли помощь. Если не можете дальше вести, лучше отогнать машину.
Я прислушиваюсь к себе. Вроде отпустило. Голова еще кружится, но в остальном — жить буду.
— Сколько ехать?
— Буквально пару километров.
— Спасибо. Справлюсь.
Я захлопываю дверь и кладу руки на руль. Внутри пустота.
Надо же, мечты и впрямь имеют удивительное свойство сбываться. Я хотела сына. Хотела, чтобы Тарас оставил меня в покое и дал нормально жить. Все сбылось. Только теперь я ему и Ангелине покоя не дам, если Элина действительно моя.
Миновав платный участок дороги, снова торможу. До дома еще полчаса, но я не осилю этот путь. Перед глазами пляшут мутные пятна, пальцы дрожат, словно чужие, сознание вязкое, мысли цепляются друг за друга, превращаясь в сплошной шум. Иногда, докопавшись до правды, хочется закопать ее обратно. Или вовсе никогда не знать.
Я набираю Ваню, хотя после того разговора дома он так и не появлялся. Почему — не было времени разбираться. Бесит. Жутко бесит. Думала, мы взрослые люди. Если что-то не устраивает — ставь точку. Если хочешь что-то изменить — делай. А это что? Игнор, молчание… Зачем? Чтобы мучилась? Детский сад.
Гудки идут. Один, второй… Тишина.
Не берет.
Я снова начинаю злиться на инфантильность Крайнова, но телефон вибрирует в руке.
— На совещании. Еще часа полтора. Потом домой. С вещами, — говорит Ваня сразу, без прелюдий. — Ну были женаты, и ладно. Это твое прошлое, Эва, у всех оно разное. Я сам одуванчиком не был. Ждешь? Соскучился по тебе и Киру невозможно… — выдает он длинную речь. На этот раз по делу.
Наконец-то. Здравые мысли, здравые поступки. Хоть у кого-то.
— Я… Мне… — мямлю, еще не отойдя от его слов.
В ушах гул, дыхание сбивается. Стоит сердцу чуть ускорить ритм, как опять накрывает. Глупенькое, сейчас же приятные эмоции.
— Ваня, мне нехорошо стало на платном участке дороги. До дома еще далеко…
— Что? Ты где? Скинь координаты. Сейчас буду.
— А совещание?..
— Немедленно, Эва. Жду, — коротко бросает Ваня и завершает вызов.
Отправив геолокацию, я складываю руки на руле и упираюсь лбом в сцепленные пальцы. Штормит меньше, но внутри все еще грохочет тревога. Нервы ни к черту.
Мысленно я опять в тех днях, когда была в протоколе. Надо проверить всех женщин, которые побывали в тот день в операционной, и саму Минаеву. Может, она еще кому-то «помогла» стать мамой. И деньги не только у Ангелины взяла.
Нет. Помогла — не то слово. Как можно было так ошибиться?