Даже нагрубила бы, но внутренний блок мешает. Не привыкла я так с людьми.
— Мне рекомендовали вас как первоклассного специалиста! Как человека с большой душой. А на деле — ноль эмпатии!
Я и есть первоклассный специалист. У меня запись на месяцы вперед, но... что-то будто сломалось внутри. Череда ошибок привела к катастрофе. Я лишь поддерживаю видимость, что все хорошо и что я со всем справляюсь. На деле это не так. И ладно бы мое решение использовать бывшего мужа как донора... Увы, последствия этого поступка коснулись и другого человека. А я так не хотела. Не хотела! Это выбивает из колеи. Душит. Давит. Отравляет.
— У нас здесь не как в магазине: я принесла вам чек, отмените покупку. Отыграть назад не получится.
— Все! — всплескивает руками пациентка. — Лучшая реклама — это форумы в интернете. И я вам ее обеспечу!
— Пожалуйста. А теперь выйдите за дверь.
Нет никакого желания продолжать спорить. Чем-то этот случай нашу первую встречу с Ангелиной напоминает. Надо было выгнать Савчук, послать Эдуарда... Хотя потопление нашего центра, как оказалось, лишь вопрос времени. Возможно, в будущем придет конец и моей врачебной деятельности. Выходит, зря Тарас переоформлял документы, выплачивал долг. Так бы Каримов уволил меня, шумиха улеглась, и центр дальше функционировал. А теперь... Понятия не имею, как действовать. Стольких людей подставила…
После шумной пациентки, которая не остановилась на криках в кабинете, а продолжила возмущаться в приемной, я прошу помощницу принести зеленого чая.
По привычке эмоции удается взять под контроль. Но ровно до того момента, когда на пороге моего кабинета появляется Беспалова.
— Если Савчук до этого ничего не заподозрила, то теперь наверняка.
— Почему? — спрашиваю я, сохраняя остатки спокойствия.
— Потому что вся эта история с анализами выглядит притянутой за уши, а на дуру Ангелина мало похожа.
— Когда будет готов результат?
— Дня через два.
— А побыстрее? У нас ведь своя шикарная лаборатория.
— Хорошо, распоряжусь, чтобы сделали быстрее.
Дина участливо смотрит на меня и уходить не торопится.
— Извини... Моей вины в этом деле тоже хватает. Твои эмоции вполне понятны. Я... всю ночь вчера об этом думала, примеряла твою ситуацию на себя... Не знаю, как бы сама поступила. Честно, не знаю. А ведь проблемы разом навалились, и чем-то пожертвовать в любом случае придется. Только вот чем…
Моя психика, наверное, активировала механизмы защиты. Сколько я ни пыталась представить развитие ситуации — в голове туман. План так и не пришел.
Но на слезу слова Беспаловой прошибают. Вытерев уголки глаз, натягиваю улыбку.
— Знаешь, даже если бы я наперед знала, что произойдет серьезная ошибка, то не отказалась бы... — Вспоминаю о Кире, да и о маленькой девочке с темными кудряшками. — Но заплатить за свое решение, похоже, придется дорого. Очень дорого.
— Ты о чем?
— Я не планировала говорить Тарасу, что он отец Кирилла. И хотела выйти замуж за Ваню.
Правда, хотела. Я, наверное, только сию минуту это поняла. Он — моя стабильность, мой тыл. Да, с нюансами, но никто не идеален. А Тарас... Мы друг друга стоим. Оба с темными пятнами. К тому же я до сих пор не смогла его простить.
— Еще и центр... Нас ждут трудные времена. Не знаю, выплывем ли. С такими-то вводными. Будь я на месте Ангелины, камня на камне не оставила бы от клиники.
— Но она сама все это начала! Уговорила сделать липовое ЭКО,а потом сунула врачу деньги, чтобы провели настоящее…
Все потому, что Ангелина — циник. Ей плевать на других людей. Делает в моменте то, что считает лучшим и важным для себя. Это жизнь ее так научила.
— Ладно. Что теперь об этом говорить? Иди, Дина. Я хочу немного побыть одна.