– Клянусь, госпожа!
– Мне показалось, что тебе хочется проникнуть в замок, чтобы поприсутствовать на церемонии, – теперь Голубоглазка резала свинину на мельчайшие кусочки, ни одного из них не отправив в свой хорошенький ротик. – Не каждого преступника четвертуют.
– Чем же провинился приговоренный? – я постарался, чтобы в вопросе прозвучала простая вежливость, но никак не заинтересованность.
– О! Его вина ужасна! – глаза красавицы зло сузились, а в голосе послышались нотки сарказма. – Лейтенант Бузотер не только посмел влюбиться в женщину, которую властитель Жаровид считает своей собственностью, но даже не счел нужным скрыть пагубную страсть.
– Возлюбленную лейтенанта тоже казнят? – деловито поинтересовался я.
– Ее-то за что? – презрительная усмешка исказила прекрасное лицо дамы. – Она не ответила на любовь офицера, не подарила ему не только поцелуя – ни одного благосклонного взора. Она благоразумна, знает свое место…
– Уж не вы ли эта женщина?
Голубоглазка не ответила. Она вновь смотрела куда-то сквозь меня, словно забыв о присутствии за столом гостя. Глаза ее сузились, губы поджались. Она теперь выглядела гораздо старше своих лет.
– Хочешь посмотреть на казнь, Радагаст? – хозяйка дома вдруг вспомнила о своем госте.
– Стоит ли это зрелище затраченных усилий? – равнодушно пожал я плечами. – Мне не помешало бы попасть в замок, но только для того, чтобы поискать там Толстобрюха. Рисковать своей шкурой можно только, преследуя серьезную цель или выгоду. Ради пустячного долга не стоит подвергать себя опасности.
– О! Зрелище готовится нетривиальное! Об этом свидетельствует хотя бы то, что Жаровид вызвал в замок Многодума, младшего брата.
– Извините, госпожа, но мне неведом Многодум. Чем необычно его появление в замке родича? Боюсь показаться тупым невежей, однако многое из сказанного вами слишком загадочно для простого солдата. Все так сложно, непонятно, пожалуй, даже страшно!
– Послушай меня, прежде чем отказаться, Радагаст. Жаровид любит сильные ощущения. Казнь продлится долго, смерть Бузотера должна сопровождаться неслыханными мучениями. Но Жаровиду этого мало. Его брат слеплен из другого теста. Многодум – человек тихий, очень ранимый. Он курице голову отрубить не способен. Живет себе на границе удела в маленьком домике, живет скромно на небольшое наследство, доставшееся ему от бабки. Жаровид ненавидит его, но регулярно приглашает присутствовать при пытках. Рядом с Многодумам ставят специальную бадью, предварительно до отвала накормив юношу. Тут же присутствует лекарь, чтобы привести в чувство родича властителя, если тот упадет в обморок. Зрелище страданий брата особенно воодушевляет Жаровида.
– Не понимаю. Отчего же Многодум не покинет удел?
– Он наивно полагает, что обязан держать клятву верности, которую еще в раннем детстве принес старшему брату, когда тот взял удел под свою руку. Жаровид же не убил его до сих пор только потому, что рассматривает как забавную игрушку, которая пока не наскучила.
– Что за страсти вы мне рассказываете? Зачем? – возмутился я.
– Зачем? Хм, что-то мне подсказывает мысль о важности твоего присутствия в замке, – нахмурилась Голубоглазка. – Не могу понять, отчего это представляется мне важным. Как только мой взгляд остановился на тебе, мне сразу же захотелось, чтобы ты сопровождал меня, когда я поеду в замок. Странно?
– Очень странно, – согласился я. – Меня не лишишь аппетита картинами ужасов, но и пользы от моего присутствия на казни неизвестного мне офицера вроде бы никакой.
– Я тоже не вижу причин брать тебя с собой, Радагаст. Какая-то внезапная прихоть! Необъяснимая уверенность в том, что мне это необходимо. Пойдешь со мной?
– Готов выполнить ваше желание. К тому же, за мной обещание отслужить вкусный обед, – вздохнул я. – Но пустят ли чужака в замок? Не опасно ли это?
– Опасно! – честно призналась Голубоглазка. – А в замок тебя пустят вместе со мной. Обычно мне служат двое телохранителей. Один присутствует здесь, а у второго неделю назад родился сын. Я предоставила Голотелу отпуск. Об этом знают все в городе. Считай, что тебя наняли на его место до возвращения сменщика. Переночуешь в моем доме, а утром мы отправимся в замок. Там у меня имеются собственные апартаменты, а тебе отведут отдельную комнату в помещении кордегардии. О правилах поведения в крепости мы поговорим позже. Где ты остановился?