– Где это ты гулял, что вынюхивал? – грубо спросил меня новый хозяин хутора, едва я вернулся в дом.
– Нюхай, не нюхай, только, боюсь, придется мне завтра уехать отсюда ни с чем. Нету у тебя хороших лошадей.
– Как же ты вернешься без покупки? – насторожился Белоглав. – Или у тебя еще какое поручение есть?
– Почему без покупки? – насмешливо бросил я. – Поеду в Валки. Там тоже нужную нам породу разводят.
– Зачем в Валки? – засуетился сын Белуна. – Чем тебя мои кони не устраивают?
– Попробую объяснить, – вздохнул я. – Твои лошади с тела спали. Шкура у них тусклая, в хвостах репьи, у некоторых мокрецы над копытами… Кстати, покажи-ка мне кабинет отца…
– Зачем? – насторожился Белоглав. – Что ты хочешь найти?
– Подарок тебе хочу сделать. Если есть нужные ингредиенты, приготовлю две мази. Одной станешь закрывать трещины в копытах, а второй – язвы, разъеденные мухами, смазывать. Хозяин ты нерадивый, но животные-то не виноваты, что их без должного попечения оставили?
Сын Белуна недобро прищурился, но проводил меня в соседнее помещение, где внимательно следил, как я рассматриваю склянки и принюхиваюсь к пучкам засушенных трав. На его глазах я принялся растирать мази.
– Долго еще? – нетерпеливо спросил он.
– Спешка в таком деле ни к чему. Чуть ошибся в количестве вещества или плохо перемешал состав, вместо пользы вред выйдет. Даже хороший наездник на скачках своего коня постепенно разгоняет, иначе тот выдохнется задолго до финиша.
Я еще долго нудным голосом излагал прописные истины, но Белоглав слушал меня вполуха. Зато он внимательно следил за всем, что я делаю, настораживаясь, когда я подходил к рабочему столу Белуна, чтобы взять нож, ложку или мерную склянку. Наконец я закончил свои труды, ополоснул руки в бадье с несвежей водой, тщательно вытер их, а потом спросил:
– Я вот все думаю, предложишь ли ты мне отужинать? Если не признаешь старинного обычая барышника, требующего накормить покупателя, я готов заплатить по трактирным ценам.
– От платы я никогда не отказываюсь…
Я швырнул перед ним несколько медных монет. Торопливо собрав их и заперев дверь в кабинет отца, Белоглав усадил меня за стол. К моему удивлению еда оказалась не только вкусной, но и обильной. Потом меня проводили в небольшую комнату, предназначенную для приема гостей. Несколько раз ночью хозяин хутора заглядывал ко мне, а я настороженно сжимал спрятанный под подушкой кинжал.
С первыми лучами солнца я поднялся, съел предложенный мне завтрак, а потом попросил показать мне жеребят. Во время осмотра табунов я обращал внимание Белоглава на допущенные им огрехи, оказывал помощь наиболее запущенным животным, объяснял следующему за мной владельцу лошадей, что следует делать, чтобы его хозяйство не захирело окончательно. Вскоре я понял, что добился своего. Белоглав поверил в то, что имеет дело со специалистом, интересующимся только коннозаводством. Я же за это время присмотрел пару приличных жеребят, но не спешил говорить о сделанном выборе.
– Вот что, хозяин, – наконец лениво сказал я. – Прими добрый совет: найми управляющего, разбирающегося в ремесле. Не жалей денег на его жалование, они окупятся сторицей. Не вмешивайся в его дела, из тебя вряд ли получится хороший барышник. А если тебе хлопотно вести дело, торопись продать завод, пока за него еще можно получить стоящую цену. Поверь, через несколько месяцев никто даром не возьмется поднимать твое хозяйство.
– Я подумаю над твоим советом, – уклончиво отозвался Белоглав. – А себе ты выбрал покупку?
– Что ж, пожалуй, я мог бы взять двух жеребят, затраты на которых не прогневят моего хозяина. Сколько ты хочешь за них?
– А сколько ты предложишь?
– Я дам тебе по три монеты за каждого.
– Всего три медных монеты? – возмутился Белоглав.
– По три сребреника, но сребреника марейского, или пять королевских сребреников за пару. Торговаться не стану. Откажешься продавать по этой цене – поеду в Валки. Там с меня, возможно, возьмут по три королевских сребреника за лошадь, но там хоть появится выбор, а у тебя я с трудом нашел нужный мне товар. Решай сам.