Несколько последующих дней выпали из моей памяти. Состояние мое в эти дни напоминало медленное выздоровление. Сумерцал нагружал меня своими заданиями сверх всякой меры. Я выполнял их механически, но, судя по всему, успешно, поскольку не получал замечаний от наставника.
Когда же боль утраты несколько притупилась, я решился на серьезный разговор с учителем.
- Почему семью князя преследуют? – спросил я его. – Кому выгодно убивать членов нашей семьи?
- Сложный вопрос, - нахмурился Сумерцал. – Мне проще назвать тех, кому невыгодно вредить Огнеглаву. Князь богат, его земли процветают – это порождает зависть многих вельмож королевства. Он состоит в близком родстве с бездетным Любославом, а посему является одним из возможных наследников трона, на который, учитывая запутанность вопроса о престолонаследовании и отсутствие официального завещания нашего монарха, зарятся слишком многие.
- Это мне понятно, - нетерпеливо прервал я наставника. – Я не спрашиваю, отчего многие не любят князя, отчего завидуют ему. Здесь все сложнее. За упорством, с которым пытаются истребить нашу семью, я вижу не зависть, не политическую игру, а какую-то маниакальную ненависть, смертельную вражду…
- Ты намекаешь на Бурегона? – криво усмехнулся учитель. – Он – единственный, кто открыто объявил Огнеглава своим личным врагом. Он полагает, что брат смертельно оскорбил его, когда заявил, что королевство погибнет, если Бурегон сядет на трон.
- Я не имел в виду Бурегона, - меня охватило смущение. – Если бы Бурегон пошел войной на Огнеглава, вызвал бы его на смертельный поединок… Допускаю…
- Вот-вот, - оживился Сумерцал. – То, что происходит, так очевидно противоречит натуре Бурегона, что невольно задумываешься, а вдруг все-таки он?
- Других смертельных врагов у Огнеглава нет?
- Отчего же нет! Есть! К ним можно причислить всех вождей Мареи и всех ее вельмож, которым князь изрядно досадил в то время, когда занимал должность первого советника Любослава. Ты не обратил внимания на одну существенную деталь, которая делает наши поиски убийцы Ратолюба почти бессмысленными.
- Какую деталь? – насторожился я.
- Знак на рукоятке меча, который заметил лесничий, когда разговаривал с человеком в сером плаще. Помнишь?
- Да, помню. Скрученная в кольцо стрела. Странный знак…
- Страшный знак, - поправил меня Сумерцал. – Это отличительная эмблема Гильдии наемных убийц.
- Никогда не слышал о такой…
- Я не успел рассказать тебе о ней. Думал, пока не время… Слушай и запоминай. Есть тайная организация профессиональных убийц. За очень большие деньги она берется умертвить любого, кого ей закажут. Мне не известно случая, когда бы Гильдия не выполнила заказ. Иногда ее убийцы используют особые стрелы, стальные, очень гибкие, секрет которых тщетно пытаются разгадать лучшие кузнецы Отчекрая.
- Не понимаю.
- Попробую объяснить. Такую стрелу очень легко свернуть в кольцо, спрятать в пояс или в шапку. У этой стрелы особый наконечник. Когда стрела попадает в цель или падает, не достигнув цели – наконечник отламывается. Без наконечника стрела становится бесполезной, ее балансировка настолько меняется, что самый лучший стрелок не может направить ее в цель, а вновь присоединить наконечник к стреле – невозможно. Кто и где делает такие стрелы, неизвестно. Неизвестно также местоположение Гильдии. Одни считают, что ее руководители обосновались в Марее, другие ищут их по всему Отчекраю, третьи полагают, что главари этой организации постоянно странствуют.
- Погодите, но если их нельзя найти, как же им передают заказы, как расплачиваются за работу?
- Правильный вопрос. Отвечаю. Если ты захочешь передать заказ Гильдии, отправляйся на любую большую ярмарку. Там ищи незаметного торговца любым товаром, но цены на который будут явно завышены. Приглядись к нему. В какой-то момент он вдруг выложит перед собой предмет с отличительным знаком Гильдии: платок с вышивкой, кусок металла с чеканкой, кожаные ножны. Этому торговцу передают записку с именем заказчика и указанием места, где его можно найти. Через некоторое время к заказчику приходит представитель Гильдии, чтобы обговорить с ним условия предстоящего убийства.