Огнеглав зажег шатер, в котором мы провели с ним несколько дней, потом провел меня через ров, который вскоре заполыхал за нашими спинами. В оставленных всадниками корытах оказалась зеленоватая, странно пахнущая жидкость. Подавая мне пример, князь погрузился в жидкость, тщательно ополаскивая ей свое тело. Особенно тщательно он вымыл голову, несколько раз втирая жидкость в волосы. Я немедленно начал такую же процедуру. Омовение продолжалось достаточно долго. Потом мы оба облачились в оставленную для нас одежду. Предложенное мне облачение выглядело роскошным, но оказалось мне маловатым. Впрочем, я удовлетворился тем, что могу скрыть свою наготу.
Когда мы подходили к мирно пощипывающим травку лошадям, я позволил себе спросить Огнеглава:
– Куда прикажете направиться мне?
Мой благодетель сначала недоуменно посмотрел на меня, а потом грустно рассмеялся.
– Извини, Ратигорст, мы говорили с тобой о многом, но я ведь до сих пор не сказал тебе самого главного. Ты считаешь себя сиротой, но на самом деле у тебя теперь появилась другая семья. Известно ли тебе, что твой отец приходился мне родственником? Нет? Правовит всегда отличался излишней скромностью. Как бы то ни было, но он мой племянник по линии покойной жены. Отныне ты стал моим сыном. Заметь, я намерен официально усыновить тебя. Ты ничем не будешь отличаться от других моих детей. Ты потерял отца и мать, но приобрел отца, старшего брата и сестру. Будь твоя воля, ты вряд ли согласился бы на такой обмен, но Бог судил так, как случилось. Смиримся перед Его волей.
Слова Огнеглава смутили меня. Всю свою недолгую жизнь я провел в отцовском уделе. Меня до сих пор ни разу не вывозили даже на осенние ярмарки. Я привык к простой деревенской жизни. А теперь мне предстояло войти в семью владетельного князя. Всю дорогу до замка Недремлющий Страж, в котором находилась резиденция моего благодетеля, я размышлял о том, как вести себя в новых обстоятельствах. Наконец я решил, что вопреки всему сказанному Огнеглавом, стану для него и его родичей близким доверенным слугой, не претендуя ни на что большее.
Вскоре меня ожидало новое потрясение. Мало того, что главная твердыня княжества оказалась огромной, вокруг нее еще раскинулся большой город со множеством улиц, крепких домов, трактиров, лавок и постоялых дворов. Наш отряд скакал по мощеной булыжником дороге, на которой легко разъезжались широкие телеги. Я вдруг почувствовал себя маленьким, слабым и очень уязвимым. Это чувство усиливалось по мере того, как впереди нарастала, постепенно загораживая солнце, величественная проездная башня замка. Невольно я опустил глаза, следя лишь за тем, чтобы не затоптать неуклюжего прохожего, ломавшего шапку перед отрядом своего властителя.
Когда мы въехали во двор крепости, князь, соскочив с коня, выдернул меня из седла прежде, чем я успел оглядеться. Появившиеся невесть откуда слуги увели наших лошадей. Из донжона навстречу нам вышел высокий красивый мужчина, почтительно склонившийся перед Огнеглавом.
– Знакомься, Ратолюб, я привез тебе брата, его зовут Ратигорст, – провозгласил князь, указывая на меня.
– Привет, братец! – радушно раскрыл мне объятья мужчина. – Должно быть, ты сын Правовита?
– Это так, мой господин, – поклонился я.
– Не смеши меня! Хоть ты и младше, но я тебе не господин, – укоризненно покачал головой Ратолюб. – В нашей семье не любят церемоний. Постарайся как можно быстрее привыкнуть к этому, братишка.
Признаюсь, вначале мне показалось, что княжич просто издевается надо мной. Чуть позже, когда меня представили Огнице, дочери Огнеглава, я поверил, что в семье могучего вельможи царят такие же простые, душевные отношения, как в скромном доме моего покойного батюшки.
Так началась для меня новая жизнь. Меня одели, обули, накормили, а затем я вновь отдался главному занятию подростка: продолжил свое обучение разным премудростям. Ратолюб увлеченно принялся заниматься со мной ратным делом, Огница читала со мной удивительно интересные книги, которых в покоях донжона имелось великое множество, а сам Огнеглав открывал передо мной тайны управления подвластными ему землями.