– А я-то надеялся отоспаться в повозке, – кривая усмешка на моем лице заставила Волкогона сочувственно пожать плечами. – Ладно. Опечатай повозку. Никого не пускай внутрь. Доставь ее в целости и сохранности в Недремлющий Страж. В случае нападения разбойников, защищай фургон, как самого князя. А мне дай свежего коня. Поспешу на расправу.
– Может, перекусишь? – неуверенно предложил лейтенант.
– Нет. Голодная смерть избавит меня от нравоучений или попреков.
До Недремлющего Стража я добрался в полумертвом состоянии, но все же живым. Сумерцал встретил меня у проездных ворот. Набежавшие слуги извлекли меня из седла, доставив на своих плечах в покои, где вымыли, накормили и уложили в постель. Я почти заснул, когда рядом присел нивесть откуда появившийся наставник.
– Ратигорст, мальчик мой, сынок! – бормотал он, а по его морщинистым щекам текли слезы. – Отдыхай, ни о чем не заботься. В замке – праздник!
– Какой еще праздник? – спросил я, тщетно сражаясь с наваливающейся дремой.
– Какой праздник? Ты вернулся живым и невредимым. Это большой праздник! Постой-ка!
Голос его выдал проявившуюся озабоченность. Он заметил повязку на моей руке. Спи, мальчик, только лежи так, чтобы я мог осмотреть рану…
– Царапину, – сонно возразил я.
– Царапину, – покорно согласился Сумерцал, ловко разматывая бинт.
Тут я заснул и проспал почти сутки. Отдых вернул мне силы, подготовив к неприятным объяснениям, но никаких объяснений от меня не потребовали. Сначала ко мне прибежала Огница, притащившая вазу с букетом свежих роз, потом пришел мой благодетель. Впервые я видел его смущенным. Вначале он подбирал слова, пытаясь одновременно похвалить меня за проделанную работу и выразить отцовскую любовь к сыну, но не найдя подходящих выражений, обнял, шепнув мне на ухо: «Я горжусь тобой, сын мой!» Наконец, в покои заглянул Сумерцал. Лицо его излучало спокойствие, почти умиротворенность, но уже в первых его словах прорвалась язвительность, присущая наставнику.
– Славное дело, – заявил он, – в замок прикатили мою собственную телегу, к которой меня же не подпускают! Волкогон сказал, что без твоего приказа не позволит сорвать печати даже самому князю. Разве Огнеглав передал тебе трон?
– Что за ерунда? – возмутился я.
– Спокойно, спокойно, Ратигорст! Все в порядке. Я пошутил. Лейтенант доложил, что сам не знает о содержимом фургона, а потому считает нужным сначала поговорить с тобой.
– В телеге архив Гильдии наемных убийц, часть ее денег да пучок их фирменных стрел…
– Ты хочешь сказать, что нашел гнездо Гильдии? – ахнул Сумерцал. – Надеюсь, ты украл ценные трофеи, а не взял их с бою? Глупый вопрос! Твоя «царапина» – след боевой схватки. Сколько их было? Не вздумай мне врать!
– Семеро, – признался я.
– Включая Тальмаргла?
– Без Тальмаргла.
– Так, – погрустнел мой наставник. – Выпороть бы тебя, но победителей не судят. Как тебе удалось провернуть дельце?
– Мне повезло, – сознался я. – Неслыханно повезло. Тальмаргл не ждал нападения, а благодаря урокам Лешего мне удалось подобраться к противнику достаточно близко… А про Гильдию я узнал от Тальмаргла потому… Кстати, как Кармела?
– Сам увидишь, – отмахнулся Сумерцал. – Рассказывай все подробно…
Я честно поведал наставнику все перипетии своей поездки. Он слушал меня, не перебивая, а когда я завершил отчет, сказал:
– Настало время тебе принять на себя мои заботы. Отныне ты – Тайных дел мастер княжества. Я не ухожу от дел, но потихоньку стану передавать тебе сеть моих осведомителей. Не знаю, обрадует ли тебя обязанность самому принимать решения, но отныне я не стану приказывать тебе. Советом готов помочь, с просьбой обращусь, но больше я тебе не начальник. У стен замка стоит славный домик. Там сейчас находится Кармела. Прежде домик принадлежал мне. Отныне он твой. Не всегда удобно ночью ломиться в проездные ворота после тайных поездок, особенно если не успел избавиться от принятой для дела личины. Из домика подземный ход ведет прямо в мою башню. Ход, конечно, стерегут, но там дежурят посвященные люди. Очень удобно. Советую придержать дочку Тальмаргла в домике, чтобы ни у кого не возникало лишних подозрений. Свою служанку я оттуда уже убрал. Она стала старой, а потому излишне ворчливой. Если тебе нечем заняться, отправляйся туда, а я пока разберусь с привезенными трофеями. Вечером мы просмотрим твою добычу вместе.