До «Большой королевской охоты» мы добрались, когда совсем стемнело. Найдя подходящую полянку, я оставил там Лицемерку, а сам стал пробираться к домику. Расставленные на тропинках дозоры удалось миновать без труда, но их обилие немного встревожило меня. Найдя лагерь, разбитый неподалеку от приземистого двухэтажного строения, я расположился с подветренной стороны, наблюдая за происходящим.
Ни одно из окон охотничьего домика не светилось, лишь слабое мерцание наблюдалось в забранном массивной решеткой отверстии у самой земли. Очевидно, пленницу держали в подвале, причем никто из ее охранников не решился разместиться в королевском владении. Зато в палатках и рядом с ними спали солдаты. Двое стражей караулили дверь охотничьего домика, пятеро возились у двух костров, на которых стояли чаны с кипящей жидкостью. Еще трое воинов бродили по лагерю, охраняя его покой.
Прислушавшись к разговору кашеваров, готовивших ужин, я выяснил очень полезные вещи. У меня отлегло от сердца, когда я понял, что мне предоставляют замечательную возможность решить одну из самых сложных проблем.
На краю поляны лежало несколько бочонков. Мне удалось подобраться к ним, чтобы подмешать к содержавшимся в емкостях напиткам немного заранее приготовленного зелья. Теперь предстояло подлить отвар в пищу, готовившуюся на кострах. Около чанов постоянно суетились кашевары, что сильно осложняло мою задачу.
Подобрав несколько шишек, я достал прихваченную пращу, чтобы с ее помощью отправить пару шишек в крышу домика. Стук о черепицу насторожил охранников. Обнажив мечи, они осторожно приблизились к дому, поглядывая по сторонам. Тогда я метнул шишку в ствол большого дерева. Теперь засуетились и кашевары. Вооружившись, трое из них пошли выяснять причину странных звуков. Еще одна шишка, брошенная в противоположную сторону, заставила оставшихся у костров поваров заняться тем же, чем занимались их товарищи. Отсутствовали они не долго, но мне хватило времени, чтобы, проскользнув к котлам, плеснуть в них зелья.
Вернувшись в спасительную темноту леса, я запустил последнюю шишку так, чтобы, скатившись с крыши дома, она упала к ногам одного из стражников. Тот, рассмеявшись, поднял снаряд, показывая его другим солдатам.
– Ложная тревога! – негромко объявил он.
– Ветра вроде нет, – засомневался один из подошедших кашеваров.
– Зато в лесу полно белок да птиц, которые твоей стряпне предпочтут лесные плоды.
Кашевары вернулись к кострам. Через некоторое время один из них объявил, что еда готова. Разбудив товарищей, дежурные принялись кормить их. Торопливо насытившись и глотнув пива, солдаты стали расходиться, чтобы сменить на постах бодрствовавшую стражу. Зато на поляну потянулись смененные разбойники. Некоторые из них ели быстро, спеша укрыться в палатках, но иные задерживались поболтать или сыграть партию в зернь. Последними отужинали сами кашевары. С удовлетворением я отметил, что никто из разбойников не отказался от пищи. Оставалось только ждать, наблюдая за поведением тех, кто охранял охотничий домик и лагерь.
Тишина, сменившая шум суеты сменявшихся стражников, на всех подействовала расслабляюще. Даже игравшие на деньги солдаты переругивались как-то лениво, не проявляя обычного азарта. Пламя в кострах спало, лишенное новой пищи, поляна погрузилась в полумрак. Кашевары, ополоснув котлы, завернулись в одеяла, наслаждаясь заслуженным отдыхом. Один из охранявших лагерь солдат присел к дереву и сразу же начал клевать носом. Вскоре задремали и двое других. Дольше всех продержались воины, стерегущие дверь охотничьего домика. Они подбадривали друг друга, списывая навалившуюся на них сонливость на крепость выпитого пива. Но их сил хватило ненадолго. Уснули и они.
Теперь у меня появилась возможность приступить к освобождению пленницы. Осторожно выбравшись из леса, я сначала обошел спящих на поляне разбойников. Их состояние вполне удовлетворило меня. Бесцеремонно оттащив от двери охотничьего домика храпящих охранников, я занялся замком. С тихим скрипом дверь отворилась. Пришлось преодолеть еще одно препятствие: запор у входа в подвал.