– О моей жадности во дворце слагают легенды! – усмехнулся добрый король.
Тогда я протянул ему два небольших ларца с лекарствами, припасенными еще до прибытия ко двору.
– Надеюсь, вам с королевой не понадобятся находящиеся здесь снадобья, ибо я желаю вам доброго здоровья, но ларцы эти изготовили лучшие ювелиры княжества. Их не стыдно держать в королевских покоях. К тому же в них не только лекарства, но есть ароматные травы, отгоняющие вредных насекомых, притирания, сохраняющие гибкость кожи, масла с нежным запахом, которые так ценят женщины, укрепляющие силы смеси.
– Осторожнее, король, вас могут отравить! – раздался из зала голос одного из вельмож.
– Дурак! – возмутился Любослав. – Ратигорст – не отравитель.
– Готов на себе испытать любой препарат, – испуганно заявил я.
– Глупости! Мы верим тебе. Мы с благодарностью принимаем подарок. Берите пример с Ратигорста, – обратился государь к вельможам. – Он предлагает подношение от души, заботясь не о его цене, а, стремясь угодить нам, порадовать наше сердце.
В этот момент я понял, что нажил себе не одного врага, не прикладывая к этому усилий.
Рабовладелец
Вернувшись под отеческий кров, я сразу почувствовал разницу отношений в Недремлющем Страже и королевском дворце. В замке князя не ощущалось ни малейшей фальши. Ни сварливость Сумерцала, ни сдержанность Огнеглава, ни насмешливость Огницы не могли скрыть их радости при моем появлении. Меня окружала дружная семья, в которой я чувствовал себя спокойно. Довольно долго продолжался период безмятежной жизни.
Тревожную весть принес в замок Волкогон, потребовавший срочной встречи со мной. Лейтенант сообщил мне, что подобрал на границе наших владений израненного мальчишку, несшего послание Сумерцалу. Мальчишка долго не хотел признаваться в своей миссии, но когда узнал, что ему не дожить до рассвета, согласился вручить клочок бумаги офицеру, поклявшемуся доставить его адресату.
– Не станем превращать тебя в клятвопреступника, – решил я. – Если донесение направлялось Сумерцалу, передадим его, как ты обещал.
– Но брат князя не раз заявлял, что письма агентов сначала надо показывать Ратигорсту, – оправдывался Волкогон, смущенно.
– Мы же не знаем, чье это послание, – резонно возразил я. – Раны мальчику мог нанести случайно встретившийся ему разбойник, а гонец сам не подозревал, о чем пишет какой-нибудь приватный друг моего учителя.
– Тайнописью? – уточнил Волкогон.
– Довольно препираться.
Мы отправились в башню наставника, который, к счастью, не спал. С жадностью схватив депешу, Сумерцал быстро прочитал ее. Лицо его сразу стало мрачным.
– Дурные вести? – робко спросил лейтенант.
– Иди отдыхать, – нехотя отозвался наставник.
Он не скрывал, что не намерен обсуждать содержащиеся в письме сведения в присутствии преданного нам офицера. Лишь когда смолк стук сапог на лестнице, Сумерцал повернулся ко мне. Некоторое время он молчал, о чем-то размышляя.
– Помнишь, ты сообщал мне о Пустогоне, королевском Интенданте? – наконец спросил расстроенный Мастер. – Он не просто один из тайных правителей Отчекрая, он один из главных врагов страны. Заботясь только о себе, он вступил в сговор с марейцами. Их союзу надо помешать. Но как?
– Чтобы ответить на этот вопрос, я хотел бы поточнее представить, как обстоят дела.
– Ах, да! Я забыл, что ты слишком долго жуировал при дворе, оторвавшись от дел. Пока ты отсутствовал, я получал невнятные сведения о том, что Пустогон ведет переписку с одним из вождей Мареи, предлагая свои услуги. В сегодняшнем послании сообщается, что королевский Интендант подготовил договор, который намерен переправить для подписи марейским вождям. Это очень серьезно. Мы не знаем, о чем соглашение, но я не удивлюсь, если с его помощью наши враги без войны получат большую часть Отчекрая.
– Надо перехватить посланника Пустогона, чтобы прочитать договор.
– Только прочитать? – прищурился Сумерцал.
– Дальнейшие действия определятся в зависимости от содержания соглашения, – осторожно объяснил я. – Кража документа может оказаться опаснее, чем его доставка адресату.
– Ты прав, Ратигорст, – вздохнул мой наставник, – но убить посланника или обокрасть его проще, чем незаметно добраться до текста договора.