–Ну что, за работу, – сказал Гилрой таким тоном, словно ничуть не удивился и это было для него обычным делом.
Они с Анной воздели руки и, памятуя его уроки, она мысленно сосредоточилась на ощущении тепла и света, которые наполняли её изнутри. Она взглянула на магистра, объятого призрачным свечением, которое постепенно становилось всё ярче, и почувствовала, как её собственная энергия начала усиливаться, соединяясь с энергией Гилроя.
– Теперь, – произнес целитель, – распространи световой щит по всему помещению. Думай о том, как свет вытесняет тьму, как он очищает и исцеляет.
Анна закрыла глаза, сосредоточившись на ощущении света, который струился из её рук. Она представила, как этот свет заполняет всё пространство, проникает в самые тёмные уголки комнаты, вытесняя фиолетовое мерцание, исходящее от камня.
В этот момент тишину комнаты нарушил глухой треск. Анна открыла глаза и увидела, как фиолетовый свет начал ярко пульсировать, камень в углу начал раскалываться, а чёрные символы на стенах начали испаряться, испуская едкий дым.
– Да, вот так! – подбодрил Гилрой, – у нас всё получается.
Анна сосредоточилась ещё больше, её сердце колотилось в унисон с пульсацией света. Она чувствовала, как тёмная энергия вокруг них начинает ослабевать. Внезапно из камня вырвался поток фиолетового света, стены заходили ходуном, и комната заполнилась громким гудением.
– Держись! – закричал магистр, и в этот момент осколки камня начали растекаться на полу чёрными лужицами, которые на глазах превращались в дым.
И вдруг дверь с грохотом распахнулась. Анна развернулась, чтобы посмотреть, что произошло: в комнату ворвался человек средних лет в одежде Ордена Чистой Совести, только без маски, его короткие волосы были седыми, серые глаза полыхали ненавистью, а бледное лицо было перекошено от гнева. Он направил свой пистолет на Гилроя и закричал:
– Остановитесь!
– Мы здесь, чтобы помочь, – не опуская рук, сказал магистр, и его голос был на удивление спокойным.
– Нам не нужна ваша помощь, убирайтесь! – прорычал человек с пистолетом, и в этот момент из ладоней напуганной Анны вырвалась яркая вспышка, ударившая ему в грудь.
Его отбросило за порог, где он с глухим звуком шмякнулся навзничь.
Анна и Гилрой застыли.
Она не могла понять, как такое произошло, и лишь беспомощно переводила взгляд то на магистра, то на упавшего человека.
В комнату влетели ещё двое в белых масках Ордена, они бросились к Анне и Гилрою и заломили им руки. Магистр пытался что-то объяснить, говорил, что это досадное недоразумение и что они почти закончили, но те не слушали и тащили их прочь из квартиры.
Спутников вывели на улицу, где уже стоял золочёный драндулет, и втолкнули на заднее сидение этого чуда техники. За рулём был ещё один человек в маске, а двое конвоиров расположились в салоне напротив Анны и Гилроя.
– Это недоразумение, – повторял магистр. – Вы же сами нас позвали!
Член Ордена, который был без маски, сел рядом с водителем и обернулся к пленникам, сверля их злобным взглядом:
– Это была ошибка, – процедил он сквозь зубы, – которую допустили мои подчинённые. Но я разберусь с ними позже... как и с вами.
Драндулет вырулил из Туманного переулка, поехал вверх по дороге, свернул направо прямо у общежития на Ультрамариновую улицу, с которой открывался чудесный вид на нарядную набережную, и, достигнув широкого проспекта, обрамлённого густой зеленью деревьев и оттого, видимо, получившего своё название – Зелёный, – доставил пленников к большому белому зданию, построенному в готическом стиле, с высокими островерхими башнями и арочным порталом на фасаде, которое было окружено высоким забором из чёрных прутьев с острыми пиками.
Анна и Гилрой в сопровождении людей в белых масках прошли через большие кованые ворота, которые тут же закрылись за их спиной, и, миновав просторную площадь, оказались у арочного проёма, над которым висела золочёная табличка с надписью «Резиденция Ордена Чистой Совести». Их повели по мрачным серым коридорам, по путаным лестницам куда-то вниз, и наконец они попали за решётку в тускло освещённое помещение с какими-то механизмами и огромными шестерёнками.
Их подвели к дальней стене и надели на руки и на ноги тяжёлые кандалы, и всё, что онемевшая и похолодевшая от ужаса Анна могла делать – только вспоминать страшные истории про инквизицию и пытаться глубоко дышать, чтобы унять охватившую её панику, хотя это у неё не очень-то получалось.
Её лоб покрылся испариной, когда люди в масках приковали её цепями к стене и нажали на какие-то рычаги, от чего шестерёнки со скрипом закрутились, а цепи стали подниматься, и её руки вытянулись вверх. Она взглянула на Гилроя, который, несмотря на ситуацию, сохранял спокойствие.
– Мы не должны паниковать, – произнес он тихо, пытаясь её успокоить. – Это всего лишь временная ситуация. Они не могут нас удерживать вечно.
Анна кивнула, хотя её сердце колотилось от страха. Она не могла поверить, что всё так быстро пошло не по плану. Они пришли, чтобы помочь, а теперь оказались пленниками Ордена Чистой Совести, который, казалось, был полон ненависти сапфирам.
– Что они с нами сделают? – прошептала она дрожащим голосом.
– Я не знаю, – ответил Гилрой, – но мы должны быть готовы ко всему. Они могут попытаться запугать нас или даже допросить, но мы должны настаивать на своём: мы прибыли в квартиру по их приглашению, чтобы очистить её от тёмной магии.
В этот момент решётчатая дверь в комнате открылась, и в неё вошёл тот человек без маски, холодный взгляд его серых глаз заставил Анну вздрогнуть. Он шагнул ближе, и его губы изогнулись в насмешливой улыбке.
– Как вы себя чувствуете, сапфиры? – произнёс он, его голос был полон презрения. – Вы думали, что вам всё позволено? Вы не представляете, с чем связались.
– Мы пришли помочь, – ответил Гилрой, не отводя взгляда. – Вы сами позвали нас. Мы лишь исполняли свою работу.
– Помощь? – переспросил он, смеясь. – Вы думаете, что ваша магия может исцелить наш город? Вы лишь разжигаете огонь, который уничтожит всё на своём пути. Мы не позволим вам это сделать!
Анна была уязвлена этой несправедливостью, в её душе поднялась волна досады.
– Если бы вы только могли понять, господин Ардан, – произнес магистр. – Мы не враги. Мы здесь, чтобы остановить зло.
– Зло? – с презрением переспросил тот. – Вы сами – зло. Магия – это порча. И мы не позволим вам её использовать.
Ардан с насмешкой посмотрел на него, затем повернулся к своим подчинённым.
– Давайте посмотрим, как долго они смогут держаться, – сказал он, и его голос звучал как приговор.
Люди в масках снова надавили на рычаги, и цепи поднялись ещё выше, растягивая тело Анны до боли. С Гилроем происходило то же самое, и она увидела, как побледнело его лицо, а губы скривились от мучения.
Ардан стоял рядом с ними, скрестив руки, и по его насмешливому взгляду было видно, что это зрелище доставляет ему удовольствие.
Он шагнул ближе к Анне и процедил с жестокой усмешкой:
– А ты у нас что-то молчишь да молчишь. Не пора ли заговорить?
«Больной ублюдок!» – пронеслось у неё в голове, но вслух она не решилась это сказать и только произнесла:
– Мне не о чем разговаривать с такими, как вы.
– О, ты даже не представляешь, кто я, – злобно рассмеялся тот. – И что я могу с тобой сделать.