Напоминание о нём резануло её кинжалом по сердцу, и она понурила голову.
– Так, ладно, давайте сосредоточимся, – строго сказал Калдер. – Нам нужно проникнуть в поместье и забрать амулеты. Это всё.
– А если там кто-то будет? – спросил Кантор.
Предводитель вздохнул.
– Мой парализующий амулет треснул во время атаки на дворец Коллегии, как раз когда я оглушил твоего наставника, – он обернулся к Анне, – так что...
– Просто порешим их, да? – оживился Трим, и она ужаснулась, не зная, шутит он или нет.
Но в следующий миг она вспомнила, что находится в убежище наёмников и что её собственные руки обагрены кровью.
– Мы по-прежнему будем избегать насилия, насколько это возможно, – отозвался Калдер, не сводя с Анны изучающего взгляда.
Она кивнула, поставила чашку прямо на пол рядом с диваном и сказала:
– Пойду помою посуду.
***
Анна встала с дивана, стараясь скрыть бурю эмоций, которые захлестнули её после слов о насилии. Она пошла по коридору мимо столовой и направилась на кухню, где стояла раковина, полная грязной посуды. Тёплая вода стекала по её рукам, но мысли о предстоящей операции не оставляли её в покое.
Она вспомнила о том, как легко её жизнь изменилась за последние дни. Ещё недавно она была обычным психиатром, а теперь оказалась в окружении наёмников, готовых рисковать жизнью ради амулетов и борьбы с тёмным богом. И Ардан, которого они упомянули ненароком, сейчас казался бесконечно далёкой мечтой, такой сладостной, такой упоительной... но недосягаемой.
Потерявшись в своих мыслях, Анна не заметила, как к ней подошёл Филипп. Он тихо встал рядом, наблюдая за ней.
– Ты в порядке? – спросил он, его голос был мягким и полным заботы.
Она вздрогнула и обернулась: он был без противогаза, и его голубые глаза смотрели на неё с пониманием и сочувствием.
– Да, просто... много всего на уме, – ответила она, стараясь выдавить улыбку.
Филипп понимающе кивнул.
– Ты знаешь, что мы все на одной стороне, верно? – сказал он, присев на край стола.
Она почувствовала тепло от его слов, но всё равно не могла избавиться от чувства тревоги.
– Я просто не уверена, что готова к тому, что нас ждёт, – призналась она, отложив посуду и облокотившись на раковину.
Филипп наклонился ближе и молвил вкрадчиво:
– Никто из нас не знает, что нас ждёт. Но мы будем действовать вместе. И если что-то пойдёт не так, ты будешь не одна.
Анна посмотрела на него, и в её груди зажглось слабое пламя надежды.
– Спасибо, Филипп, – произнесла она, чувствуя, как груз на её плечах немного ослаб.
Анна вернулась к мытью посуды, но её мысли всё ещё были заняты предстоящей миссией. Она знала, что должна быть сильной, но страх перед неизвестностью не покидал её. Она не могла не думать о том, что может произойти, если они столкнутся с культистами.
Вдруг она услышала, как за спиной кто-то тихо подошёл. Это был Трим, и его голос звучал непринуждённо:
– Эй, Анна, брось волноваться. Мы не просто команда, мы как семья. И в семье всегда поддерживают друг друга. Так что не бойся, мы тебя в обиду не дадим.
Она улыбнулась, чувствуя благодарность: его слова согревали её душу.
– Давай я тебе помогу, – предложил Трим.
– Да я уже почти закончила...
– Тогда бери полотенце и вытирай, а я буду тебе подавать. А ты, Филипп, чего стоишь, как не родной? Давай присоединяйся!
***
Анна сидела за столом, допивая свой остывший кофе, погружённая в тревожные тёмные думы, а Калдер стоял над картой, сверля её взглядом так, словно в ней были скрыты все ответы.
– Калдер, я... – начала Анна, поставив пустую чашку на стол. – Я только хотела сказать... что бы ни случилось, знай: я благодарна тебе за всё.
Предводитель, не отрывая взгляда от карты, слегка наклонил голову, словно прислушиваясь к её словам.
– Я тоже благодарен тебе, Анна, – тихо ответил он.
Калдер наконец обернулся, и их взгляды встретились.
– Я не знаю, что нас ждёт, – продолжала она, – но я хочу, чтобы ты знал, что ты важен для меня. Не только как предводитель, но и... как человек.
Он сел рядом и, не говоря ни слова, протянул руку, чтобы взять её ладонь. Их пальцы переплелись, и в этом простом жесте было столько поддержки и понимания, что Анна почувствовала, как её тревога немного утихла, а сердце забилось быстрее.
Время словно остановилось, и они просто сидели вдвоём, обмениваясь взглядами, полными доверия и надежды. Впереди их ждала опасная миссия, но сейчас, в этой комнате, они были вместе, и этого было достаточно.
– Я боюсь, – призналась Анна неожиданно для себя после долгого молчания.
Калдер не ответил: он приблизил к ней своё лицо и нежно погладил её по щеке.
Она склонилась к нему и прижалась лбом к его лбу, закрыв глаза и ощущая тепло его дыхания и успокаивающее прикосновение. В этот момент все её страхи и сомнения казались далекими, как будто они растворялись в воздухе. Она чувствовала, как между ними возникла невидимая связь, которая была крепче любых слов.
Анна медленно наклонилась ближе, и их губы почти соприкоснулись, но Калдер резко отстранился, и она застыла в смятении.
Что только что чуть не произошло?!
– Мы должны сосредоточиться, – сказал предводитель, и от строгости в его голосе у неё сжалось сердце.
Она попыталась сделать вид, что ничего не было, но в этот миг Калдер без предупреждения взял её лицо в свои руки и, притянув к себе, нежно поцеловал в лоб.
– Мы справимся, – глухо вымолвил он с тёплыми нотками. – Всё будет хорошо... цветочек.
***
Заброшенное поместье Клантамира стояло на холме, забытое временем и людьми. Бронекатер высадил отряд Калдера в сумерках неподалёку от места назначения, Филипп остался за штурвалом, а остальные семь человек направились по скользкой грунтовой дороге среди поля, залитой лужами от недавно прошедшего дождя. В воздухе ощущалась свежесть и сырость, и Анна, на которой, как и на предводителе, не было противогаза, вдыхала влажный насыщенный запах земли и мокрых трав.
Калдер, идущий впереди, периодически останавливался, прислушиваясь к окружающим звукам. Вокруг царила тишина, лишь изредка нарушаемая шелестом трав или далеким воем ветра.
Когда они приблизились к поместью, которое представляло собой трёхэтажное здание, отряд занял позиции, притаившись за густым кустарником.
В воздухе витал запах сырости и разлагающейся листвы, а кругом стояли старые деревья, чьи ветви скрипели на ветру, словно шептали древние тайны. В тусклом свете, пробивающемся сквозь облака, поместье выглядело зловещим и полным опасностей. По внешнему двору, залитому тусклым светом одинокого фонаря, медленно перемещались несколько фигур в чёрных плащах с капюшонами.
Калдер поднял руку, дав знак команде остановиться.
– Что-то не так, – глухо пробормотал он. – Разведчики доложили, что их не должно сегодня быть. Кантор, Трим, Чеддерс, снимите охрану.
Анна вздрогнула: что значит «снимите»?!
– Мы их легонько придушим, цветочек, вот и всё, – усмехнулся Трим, сверкнув жёлтыми линзами.
– А куда их потом девать? – поинтересовался Кантор.
– Спрячьте в кустах, – тихо отозвался Калдер, – пусть проспятся на свежем воздухе. Таллис, Алдайз, проверьте крышу. Мы ждём вас тут.
В следующий миг мятежники, активировав амулеты с эффектом невидимости, безмолвно скрылись в зарослях.
Несколько молчаливых минут показались вечностью, и Анна с нарастающей тревогой прислушивалась к каждому шороху, пока наконец соратники не вернулись.