– Ты, Калдер, предал нас. Ты был нашим предводителем, а теперь выбрал эту... противоестественную связь.
– Предатели! – послышались гневные крики из толпы.
Калдер сжал кулаки.
– Мы не предатели. Мы все сражаемся с Хермихором и королём, как и вы. Это не время для разногласий!
Кантор шагнул в его сторону.
– Это уже слишком, Скай. Даже если Ардан не враг, ты думаешь, это нормально... спать втроём?
Анна, чувствуя, как внутри всё заледенело от ужаса, попыталась возразить:
– Мы здесь для того, чтобы сражаться за свободу!
Среди мятежников прокатилась волна ядовитого смеха.
– За свободу? – ехидно переспросил Таллис. – Как вы можете говорить о свободе, когда сами находитесь в цепях похоти и предательства?
– Позор! – крикнул кто-то, и остальные поддержали его согласными возгласами.
Калдер, не в силах сдержать себя, воскликнул:
– Вы ставите под угрозу нашу общую цель, позволяя ненависти разъедать ваши сердца!
Филипп, скрестив руки, процедил с презрением:
– Ты осквернил всё, что мы построили, Скай, и теперь мы не можем доверять тебе.
– Ты больше не наш предводитель! – раздалось из толпы.
– Ты предал своих братьев ради своих похотливых желаний! – подхватил Чеддерс. – Ты не достоин быть среди нас, Скай!
Анна, дрожа от страха, почувствовала, как от беспомощности слёзы наворачиваются на глаза.
– Да поймите же... – умоляющим голосом начала она, но её прервали.
– О, посмотрите, наша «королева»! – насмешливо бросил Таллис. – Вот так цветочек!
Она сжалась всем телом и вцепилась в плечо Калдера, а Ардан подошёл сзади и обнял её, словно стараясь защитить от волны ненависти и презрения, которая на них обрушилась.
Алдайз выступил из толпы, и Анна взглянула на него, как на последнюю надежду, но он заговорил, и его слова звучали, как яд:
– Вот они, полюбуйтесь! Может, нам стоит создать новый альянс – «Трое против Хермихора»?
– Это настоящий цирк! – подхватил Таллис. – Как же это мило, когда предводитель влюблён в свою подругу и делит её со своим бывшим соперником! Это что, новый способ объединения?
Кто-то из задних рядов прыснул со смеху:
– Да, как же это трогательно! Романтическая комедия: «Как я научился любить своих врагов»!
Калдер зарычал:
– И что же вы предлагаете? Убить нас, потому что мы любим друг друга? Вы сами разрываете нашу единую силу, позволяя предрассудкам управлять вами!
Мятежники, смеясь, начали перешёптываться:
– О, как романтично! Три сердца, запутанные в одной постели, и все они мечтают о свободе! Это просто шедевр!
– Или, может быть, вам стоит написать книгу о ваших похотливых приключениях? – рассмеялся Таллис, и другие подхватили его злорадный хохот. – «Трое на поле боя: как мы нашли любовь среди хаоса»!
Смех мятежников раздавался всё громче, каждый из них, казалось, находил удовольствие в унижении своих бывших союзников. Анна, стоя рядом с Калдером, чувствовала, как её сердце сжимается от страха и беспомощности. Её голос дрожал, когда она снова попыталась вмешаться:
– Пожалуйста, остановитесь! Мы не враги! Мы должны объединиться, чтобы бороться против Хермихора! – её слова звучали как слабый шёпот, теряющийся в гуле насмешек.
Слёзы текли по её щекам, и она чувствовала себя такой уязвимой, словно была выставлена напоказ. Каждая издёвка, каждое подшучивание вонзались в её сердце ядовитыми кинжалами, вызывая острое чувство безысходности.
Ардан, стоявший позади неё, крепче прижал её к себе, его голос был подобен грому среди бури смеха, когда он заговорил:
– Достаточно! Вы все забыли, ради чего мы здесь. Неужели вы хотите, чтобы ваши предрассудки стали вашим крахом?
Но его слова вызвали лишь новый прилив хохота.
Один из мятежников выдавил сквозь смех:
– О, посмотрите, кто заговорил! Ардан, защитник правды, поборник чистоты, который сам стал частью лжи и греха! Что ты собираешься сделать? Прочитать нам проповедь?
Алдайз подхватил его слова, его голос был полон сарказма:
– Да, как же это мило! Ардан, ты ведь всегда был почти святым, не так ли? А теперь ты оказался в постели с этими двоими! Как ты можешь проповедовать о добродетели, когда сам оказался в объятиях этой пары?
Анна зарыдала в голос:
– Я не могу больше это выносить! Мы все хотим одного – мира и свободы! Пожалуйста, прекратите это безумие!
Таллис, покатываясь со смеху, указал на неё пальцем:
– О, посмотрите на нашу «героиню»! Она не просто борется за свободу – она еще и спит с двумя мужчинами! Как же это удобно, не так ли, Анна? Какой прекрасный пример для нас, мятежников!
Она почувствовала, как её лицо полыхает от унижения, и лишь сильнее вцепилась в Калдера, пока его соратники продолжали издеваться, и их слова становились все более жестокими. Один из них, смеясь, произнес:
– Может, вам стоит устроить любовное шоу на нашем следующем собрании? «Трое в постели: как мы боремся за свободу!» Это будет настоящая сенсация!
Предводитель, сжимая кулаки, произнес:
– Хватит! Вы не имеете права осуждать нас!
Чеддерс гневно воскликнул:
– Неужели вы собираетесь защищать свою «любовь»? Как вы можете ожидать, что мы будем следовать за вами, когда сами не знаете, что такое верность?
Кантор добавил с презрением:
– Вы хотите, чтобы мы поверили в вашу «святую» триаду? Вы сами не знаете, что такое доверие! Как вы можете говорить о свободе, когда сами запутались в своих желаниях?
Сердце Анны разрывалось от боли и унижения, и она прошептала:
– Калдер, я больше не могу... Я не вынесу...
Он обернулся к ней и взял её лицо в свои руки.
– Всё будет хорошо, цветочек, – молвил он, но его голос дрожал от эмоций. – Я не позволю им так обращаться с тобой.
С этими словами он наклонился к ней и, словно забыв обо всём, накрыл губами её скривившиеся от горя губы, а Ардан положил голову ей на плечо и тихо сказал на ухо:
– Мы будем бороться за нас. Ничто не сможет нас разлучить.
В этот момент раскаты хохота достигли предела. Толпа кричала и улюлюкала, и каждый звук был как удар молота по сердцу Анны.
– Вот это представление! Что же будет дальше? – раздался возглас, и кто-то добавил: – Продолжайте, нам очень интересно!
Калдер, отстранившись от Анны, снова обернулся к мятежникам, его голос был полон решимости:
– Если кто-то ещё посмеет её оскорбить, он будет иметь дело со мной.
Ардан шагнул вперёд и встал рядом с ним.
– И со мной, – злобно процедил он.
– Смотрите, два рыцаря! – толпа взорвалась от смеха, и в этот момент глава Ордена выхватил свой пистолет.
Анна замерла от ужаса, понимая, к чему идёт дело. Она вытянула руки, готовая к защите.
Мятежники отшатнулись – и в следующий миг сжали в руках кинжалы и пистолеты.
– «Огненный шторм»! – воскликнул кто-то, и волна пламени вырвалась из толпы, устремившись к Калдеру.
Анна выскочила впереди него и в последнее мгновение успела окутать себя и спутников полупрозрачным мерцающим коконом.
Пламя рассыпалось слабыми искрами.
Калдер достал парализующий амулет и выпустил один за другим несколько фиолетовых лучей.
Сквозь щит света Анна видела, как мятежники, стоявшие в первом ряду, попадали на пол, и сильнее сконцентрировалась на защите.
В этот момент Ардан выстрелил поверх толпы, создав отвлекающий манёвр, а Анна, собрав все силы, толкнула стену света в сторону мятежников, ослепляя и сбивая их с ног.
– Бежим! Быстро! – скомандовал Калдер, и они вместе бросились к бронекатеру.