– Сначала ты должна понять, что свет может быть использован как инструмент, – объяснял он. – Например, если ты создашь яркую вспышку, это может ослепить врага, давая тебе время для манёвра.
Анна внимательно следила за его движениями, пытаясь запомнить каждую деталь. Гилрой продолжал:
– Если ситуация станет критической, и враг не поддаётся, ты должна быть готова использовать свои силы, чтобы остановить его.
Анна кивнула, понимая, что это не просто физическая борьба, но и борьба моральных принципов. Она начала практиковаться, создавая световые вспышки и барьеры, осознавая, что каждая её атака должна быть осмысленной и контролируемой.
– И наконец, – уставший магистр помрачнел, – ты можешь создать клинок света и... использовать его как настоящий. Просто сконцентрируй свою силу в ладони и представь, как она формирует рукоять, как из неё появляется лезвие...
Она ощутила нарастающую тревогу и напряжение в мышцах, её сердце забилось быстрее.
– Но… – начала она, пытаясь найти правильные слова. – Как я могу быть уверенной, что не потеряю контроль? Что, если я использую его не так, как следует?
Гилрой посмотрел на неё с пониманием.
– Это нормально – испытывать страх. Но именно в такие моменты важно помнить, зачем ты это делаешь. Если ты будешь действовать из страха или ненависти, это может привести к ужасным последствиям. Но если ты будешь использовать свою силу для защиты и помощи, то сможешь сохранить контроль.
Анна кивнула, стараясь успокоиться. Она закрыла глаза и сосредоточилась на своих чувствах. В её воображении возник образ света, который наполнил её внутренний мир. Она представила, как этот свет собирается в её ладони, как он становится плотнее и ярче, формируя рукоять и лезвие.
– Давай, – подбодрил её Гилрой. – Почувствуй, как свет течёт через тебя. Не бойся, просто позволь ему проявиться.
Анна глубоко вдохнула и открыла глаза. В её ладони засиял яркий свет, который постепенно начал принимать форму оружия. Она почувствовала, как сила наполняет её, и наконец в её руке засиял клинок света.
– Отлично! – воскликнул магистр, его голос полон одобрения. – Теперь попробуй использовать его.
Анна сделала шаг вперёд и направила клинок на манекен, изображающий врага. Она почувствовала, как её рука дрожит от волнения, но в то же время внутри неё росла уверенность. Она сосредоточилась на намерении остановить врага, а не уничтожить его.
Она взмахнула клинком – и оставила на манекене яркий след, который на глазах превратился в разрез.
«Это... неправильно!» – завопил внутренний голос, но Гилрой, подойдя к манекену, приложил объятую свечением руку к разрезу, и тот начал затягиваться.
– Ты справилась, Анна, – молвил он, но его голос, которому он старался придать бодрость, прозвучал печально. – Но ты должна знать, что использовать клинок можно только в том случае, если другого выхода нет.
Анна кивнула, осознавая, какая огромная ответственность на ней лежит. Она должна была научиться управлять своей силой, оставаться верной своим принципам и защищать тех, кого любит, не потеряв при этом себя, и у неё было много вопросов о том, как сохранить доброту и человечность в этом новом, полном опасностей мире.
– Есть люди, которые... не остановятся ни перед чем, – начал магистр, словно уловив её мысли, и она вспомнила рассказ Элиана о культистах.
– Что вы знаете о Хермихоре? – неожиданно для себя спросила она.
Гилрой на мгновение замер, его лицо стало очень серьезным, даже суровым. Он внимательно посмотрел на Анну, и заговорил тихо и осторожно, как будто взвешивая каждое слово:
– Хермихор – это имя, которое у многих вызывает страх. Это культ, который поклоняется тьме и использует силу, чтобы сеять хаос. Их цели и методы абсолютно противоположны тому, чему мы тебя учим. Они не заботятся о жизни и страданиях других, их интересует лишь власть.
– А мятежники? – тревожно поинтересовалась она, вспомнив, как те без зазрения совести расстреливали сапфиров. – Они тоже поклоняются Хермихору?
Магистр задумался, потёр подбородок.
– Есть основания думать, что да, – сказал он наконец, – по крайней мере их предводитель, Калдер Скай, использует тёмную магию. И именно для таких случаев я и научил тебя призывать клинок света. Некоторые люди и... существа... могут быть остановлены только силой. Но помни, что сила требует ответственности. Каждый раз, когда ты используешь клинок, ты должна быть уверена в своих намерениях. И не забывай, что даже в самые тёмные времена свет может пробиться сквозь тьму.
Анна кивнула, чувствуя, как в её сердце загорается искра решимости: она не могла позволить, чтобы такой прекрасный мир был разрушен какими-то мятежниками, и была готова на всё, чтобы их остановить.
– А теперь тебе нужно немного отдохнуть, – Гилрой улыбнулся, и она поняла, что уже соскучилась по этому выражению его лица. – Продолжим завтра.
Магистр Гилрой
Глава 4
***
Анна в зелёном плаще и тунике шла по широкому коридору дворца Коллегии сапфиров, направляясь в тренировочный зал с манекенами, когда увидела Гилроя, торопливо идущего навстречу.
– Сегодня мы опробуем твои навыки на практике, – сказал он вместо приветствия, и его лицо было непривычно строгим.
Она с ужасом подумала, что ей придётся кого-то убить, но магистр-целитель, предварив её опасения, добавил:
– Помнишь, как я «исцелил рану» на манекене? Сегодня нам придётся «исцелить» целый дом.
«Вот так новости», – с недоумением подумала она, но промолчала и послушно пошла за Гилроем.
Они вышли на улицу, прошли мимо общежития и двинулись вдоль Синего проспекта по направлению вниз, потом, миновав мост через реку, свернули в Туманный переулок и наконец достигли пятиэтажного дома, одно из окон которых светилось фиолетовым мерцанием.
– Здесь нашли амулет культистов, – объяснил спутник, – эта квартира была местом их сборищ, и теперь мы здесь, чтобы ликвидировать остатки их тёмной магии.
– Но как это сделать? – изумилась Анна.
– Мы создадим световой щит и распространим его по всему помещению, чтобы он вытеснил тёмную энергию. И мне понадобится твоя помощь, потому что вдвоём мы сильнее, чем поодиночке. И ещё, – спутник замялся и помолчал, прежде чем продолжить, и пристально поглядел её в глаза, – ничего не бойся.
«А там будет, чего бояться?» – испугалась она.
– Культистов там уже нет, – попытался успокоить её магистр, – но есть кое-кто, кто нас... не очень любит.
– И кто же? – насторожилась Анна.
– Орден Чистой Совести. Сами они не владеют магией – и считают её злом. Будь их воля, они давно бы с нами расправились, но королева Сапфира – мир её душе – благоволила нам, как и король Отто Ракс, её супруг, оставшийся править Хальдией в одиночестве.
Они поднялись по лестнице на пятый этаж, где возле одной из четырёх дверей стояли два человека в белых масках, полностью скрывавших лицо, и длинных голубых кителях, богато расшитых золотом, на поясе у них с одной стороны висели золотые клинки, с другой – такие же пистолеты.
– Сапфиры, – процедил один из них, и в его голосе слышалось презрение, – мы вас ждали.
– Приветствую, – с улыбкой отозвался Гилрой. – Позволите нам взглянуть, что случилось?
Человек в маске нехотя распахнул дверь, и взору поражённой Анны предстала небольшая комната, залитая фиолетовым светом, который струился от круглого чёрного камня в углу, окружённого чёрными свечами и испещрённого непонятными мерцающими символами, похожими на скандинавские руны, которые Анне доводилось мельком видеть в каком-то музее. Такие же фиолетовые руны были изображены на стенах помещения, и она невольно содрогнулась, ощутив зловещую ауру, наполнявшую это место.