Леди Годива! — удовлетворенно подумала Энн. Просто настоящая леди Годива!
Она вышла из отеля и подняла руку, чуть присвистнув. Тут же остановилось желтое такси. Энн назвала место. Шофер поехал, но поинтересовался, убеждена ли мисс, что она туда попадет. Энн заверила его, что там уже все схвачено и ее ждут не дождутся.
У входа в клуб стояла длинная очередь довольно респектабельных людей, а вовсе не диких подростков и панкующей молодежи. Энн уверенно протиснулась вперед и назвала имя режиссера. Черный богатырь, одетый в токсидо пробежал глазами список и удовлетворенно кивнул. Перед Энн распахнулись темные двери. В зале был полумрак и звучала тихая музыка, какие-то странные двуглавые существа плавно качались и скользили по залу. Потом в глаза ударил резкий свет и резкие ритмы — это был другой зал, но через него она почти пробежала, ведомая под руку провожатым. Наконец она оказалась в каком-то оазисе с журчащей водой и плавающими кувшинками под ногами. Еще через мгновение она стала различать в полутьме низкие столики. Один из них стоял особняком посредине пруда. Висящий над ним фонарик слабо освещал лица сидящих. Энн узнала Эстер и ее мужа. Кристофер встал и принял Энн из рук провожатого. Он бережно полуобнял ее за талию и провел за столик.
— Всем привет! — сказала Энн.
— Мы думали, что не дождемся, — ответила Эстер. Судя по голосу, она уже пропустила не один коктейль и была настроена мечтательно.
— Как творческие успехи? — спросил Сол. Он чувствовал себя здесь очень комфортно. И даже непривычная темнота его только восхищала и настраивала на нужную волну общения.
Энн знала, что он любит скандалы, знает все сплетни, а некоторые сочиняет сам. Она не была даже уверена, что он щадит и ее. Но обаяние Сола было так велико, что при общении с ним все это забывалось.
— Все сделала, но не знаю, все ли хорошо.
— Думаю, все хорошо и даже лучше чем нужно, — вальяжно промурлыкал Сол. — Крису придется немного попортить твой шедевр, иначе он будет чувствовать себя несчастным. Он из тех мальчиков, что потрошат кукол. Но куклам это нравится.
— Откуда ты знаешь? Куклы умеют говорить? — спросила Эстер.
— Он учит их этому, на то он и мастер. Крис, что скажешь?
Судя по всему, все трое довольно легко и быстро сошлись.
Крис пожал в темноте руку Энн.
— Я предпочитаю живых людей, а не кукол. Куклу можно научить говорить, но нельзя научить думать.
— Зачем тебе думающие актеры?
— Я не боюсь умных собеседников. Все равно рано или поздно они со мной согласятся.
— Здесь так темно. Я напрасно захватила текст.
— Я посмотрю его на твоем компьютере. Не возражаешь?
— Вы босс.
— В данном случае босс ты. Судьба фильма в твоих руках.
— А заказ уже сделали?
— Вот здесь блюдо. Найди его на ощупь и возьми нечто. Это вкусно.
— Почему «Пальцы»? — спросила Энн.
— Потому что темно. Ты смотришь пальцами. — Кристофер взял руку Энн и протянул ее к блюду.
Она нащупала завернутый в лист салата рулет и взяла его в руку. Кристофер помог ей донести его до рта. Это был вкуснейший кусочек рыбного филе с каким-то душистым наполнением и мелкими кубиками авокадо. Энн откусила кусок. Крис поднес ее руку к своему рту и тоже откусил. Потом опять донес до рта Энн. Она снова откусила. Остатки Крис донес до своего рта и, доев их, начал облизывать пальцы Энн, нежно смакуя каждый пальчик. У Энн пробежали мурашки по спине. Она почувствовала, что через секунду будет полностью во власти этого человека. Но ей совершенно не хотелось принадлежать ему. Это был мощный гипноз очень сильной личности, а не ее свободный выбор. Крис снова опустил руку Энн в блюдо. Эта молчаливая трапеза продолжалась несколько минут. Эстер и Сол, делая вил, что ничего не замечают, тихо обменивались ничего не значащими фразами. Потом Сол предложил Эстер пойти потанцевать. Они ушли, растворившись в темноте.