Майк дотронулся до шрама. Нарастающее жжение подсказало, что маска активировалась.
- Но…я не могу, - пробормотала Лилит. – Ты ведь знаешь, что не могу.
- Отчего же? Ты не какой-то слабый человек, как та девчонка, ты инквизитор, и достаточно крепкая, чтобы выдержать его появление, - ответил Майк, слыша, как искажается голос по мере того, как свечение растекается по лицу. Теперь он говорил десятком низких голосов разом – звук, пугавший большинство людей до полусмерти. - Или ты до конца жизни собиралась пользоваться протезом для общения с ним? - Он презрительно кивнул на треснувшее Око Хозяина у неё на шее.
Лилит закусила губу, оттолкнула его и шагнула к камню.
Майк мысленно усмехнулся. Она невольно помогала ему реализовывать план. Сейчас можно без опаски думать об этом – маска служит ментальным щитом, надежно пряча его мысли даже от Хозяина. Жаль, нельзя пользоваться ею постоянно. Тень не потерпит секретов у своих подчиненных.
- Конечно, нет, - зло сказала Лилит, вскидывая подбородок. – Чего ты ждешь, приступай!
Майк подошёл к камню и положил на него ладони. Здесь не нужны были посредники вроде фонаря и фокусов с тенью, как на поверхности. В Обсидиановом Зале можно было позвать напрямую.
Вскоре поверхность камня начала меняться, а ладони – вязнуть в чем-то липком. Напряжение в голове нарастало. Даже в маске Майка мутило, внутри словно трепыхался обрывок струны. Что уж говорить о Лилит. Она стала мертвенно бледной, от носа к подбородку ползла алая струйка. Инквизиторша смахнула её тыльной стороной ладони, продолжая глядеть широко раскрытыми глазами на врата.
Под ладонями что-то шевельнулось, и Майк отступил. Густая черная масса колыхалась тысячей форм, пока не образовала один бугристый ком. На миг он приобрел черты почти человеческого лица, а потом оттуда протянулись руки. Они уперлись в камень по бокам, подтягивая за собой тело.
Наблюдая, как Хозяин выбирается, Майк испытывал тошноту.
Плитка под ногами дрожала, у нескольких горговульфов отвалились части тел, вдребезги разлетевшись о пол, голова у Майка раскалывалась. Однако к тому моменту, когда Хозяин коснулся пола, представ перед ними, он успел взять себя в руки. Лилит качало от слабости. Ради этого он и привёл её сюда.
Момент перехода Хозяина с другой стороны не всякий выдержит. Ту самую это могло уничтожить. А от её мгновенной смерти Тени никакого проку.
- Вы не стали бы тревожить меня понапрасну, инквизиторы? – Голос Хозяина гадюкой прополз по внутренностям. – Значит, она здесь?
* * *
Марта вскинула голову, когда «ловцы» звякнули без видимой причины. Связка плоских восьмигранных амулетов, висевшая на стеллаже, продолжала трепыхаться, тренькая и поблескивая синими охранными рунами. Значит, интуиция её не обманула. Уже минут десять Марта ощущала чужое присутствие, хотя пороги и оконные проёмы заговорены от незваных гостей, а повсюду распылены проявляющие чернила.
Уроборос скользнул к хозяйке, опрокинув клетку с оплетающими прутья мертвыми розами, и примостился в изголовье.
- Ты тоже так думаешь? – задумчиво спросила у него Марта, не разжимая губ.
Она поднялась и взяла с шифоньерки флакон, похожий на чернильницу с массивным хрустальным днищем, пучок острых переливающихся перьев и кисет. Перевернув мешочек, она высыпала в блюдо серебристую пыль и капнула сверху из флакона. Порошок зашипел, и ядовито-изумрудная капля начала быстро расползаться по нему спиральными нитями. Марта кинула в центр подожженные перья, раздался хлопок, и в миске осталась лишь жирная пыль кремового цвета, пахнущая приторно сладко.
Встав на середину комнаты, провидица повернулась кругом, держа блюдо в вытянутой руке. Содержимое взвилось в воздух и окутало её воронкой. В пыльной завесе кружили шепотки, стоны, тени, кто-то жаловался и тихонько хныкал. Наконец Марта увидела в мутных клубах дыма знакомые очертания.
- Чтоб тебя лунные оборотни утащили, Детектив! – воскликнула она и сгребла тень правой рукой, а левой нарисовала перевернутый треугольник в области груди.