Других подробностей командору не требовалось.
– Подводим промежуточные итоги… – Рауль взял со своего стола какую-то бумажку, покрутил и так, и эдак, затем смял и бросил в мусорную корзину. – Мы втроем отлично попили кофе, но это были самые бездарные сорок минут в моей жизни. Даже в пробках я провожу время с большей пользой. До свидания.
Беатриса встала и виновато посмотрела на дочь: кажется, она раскаивалась, если не в поступке, то, по крайней мере, в произнесенных словах.
– Ты идешь?
Рауль тоже поднялся, не собираясь дольше засиживаться в кабинете, но его остановили слова Бланки и ее многозначительный взгляд. Такой многозначительный, что рыцарь почувствовал нечто похожее на волнение.
– Мне нужно поговорить с командором наедине.
– Делай, что хочешь… – Беатриса вышла, устремив глаза в пол, – она не хотела никого видеть.
А девушка осталась в своем углу, почему-то не решаясь заговорить. Де Конти ждал, сложив руки на груди и вопросительно изогнув бровь.
– Я кажусь вам смешной? – задала неожиданный вопрос Бланка. Она подняла на Рауля огромные глазищи, в которых до сих пор стояли слезы.
Командор неопределенно пожал плечами.
– Когда я начал работать в мастерской Дознаний, вас еще на свете не было. Так уж вышло, я очень часто знаю заранее, что услышу в следующую минуту.
– Конечно, вы же сильный маг! – с ноткой простодушного восхищения произнесла девушка. Казалось, что она уже позабыла о той некрасивой сцене, которая разыгралась здесь несколько минут назад.
– Не в этом дело. – Рыцарь прошелся по кабинету и замер у окна, безразлично глядя на холодное мутное стекло, – штор не было, а жалюзи почти никогда не опускались, Рауль не любил полумрак. – Просто все мы очень похожи и при определенных обстоятельствах совершаем типичные поступки. И наоборот, чтобы что-то сделать, на что-то решиться, необходимы соответствующие декорации.
– И что вы предполагаете услышать от меня? – интимным полушепотом поинтересовалась Бланка – теперь она стояла прямо за спиной командора.
– Хотите бесплатный сеанс предсказаний? Так вы ошиблись этажом. – Командор замолчал, как будто раздумывая, и продолжил с желчной усмешкой: – Хотя извольте. У вашей матери нервный срыв, а она села за руль. Шестьдесят-семьдесят процентов вероятности ну очень печального исхода. И кого вы, юная леди, обвините, если она попадет в аварию? Вы хотели мне что-то сообщить? Отлично. Могли бы просто позвонить. Или там записочку секретарю оставить – так даже романтичнее.
– Могла бы позвонить, – согласилась девушка, проигнорировав слова об аварии. – Или, например, назначить вам тайное свидание под предлогом «чего-то важного». Ведь вы намекаете на то, что я хочу произвести на вас впечатление.
– Чтобы назначить мне тайное свидание, вам необходимо иметь в арсенале страшную тайну, – все так же невозмутимо отвечал Рауль. – А иначе эти шпионские страсти лишены смысла. И эффект был бы прямо противоположным тому, на который вы, вероятно, рассчитывали. Не люблю позерства. Потому выкладывайте, что там у вас есть, и будем прощаться.
– Зачем вы так?
– Беда вашего поколения в том, что вы слишком много берете от челов. То, что они делают, вам кажется занятным и увлекательным. Пошлые романы и фильмы, бездарная музыка, праздный досуг и легкость нравов… – Де Конти обернулся к растерянной девушке и, нахмурившись, спросил: – Расскажите, какой сериал вы посмотрели, что возомнили, будто я обрадуюсь вашей попытке флирта?
– Кажется, мне лучше уйти… – Бланка глядела на Рауля так, словно он собирался ее ударить.
– Мадемуазель, вы сейчас ясно и четко расскажете то, о чем умолчали при матери, и я за это вас даже не поблагодарю. Знаете, почему? Потому, что вы всего-навсего выполните свой долг – точно так же, как его выполняю я. Это ясно?
– Я знаю, кто звонил Виндеру в тот вечер, – скороговоркой выпалила девушка, очевидно, опасаясь магического сканирования мыслей. – Вернее, догадываюсь… Однажды я случайно подслушала его телефонный разговор.
– Отличная формулировка – «случайно подслушала», – хмыкнул командор. – Продолжайте.
– Своего собеседника он называл Нимрудом. Шас, наверное?
– У челов тоже предостаточно странных имен.
– Ну, это вы сами будете выяснять, – огрызнулась Бланка. – Они ругались, Виндер говорил, что у них проходит проверка, некоторые статьи финансирования закрыты, и неизвестно, откроются ли. Еще говорил, что его, кажется, подозревают в каких-то махинациях, и очень просил перенести сроки.
– Какие сроки, не пояснял?
– Нет. Но, кажется, ему ответили отказом, потому что Виндер пообещал, что если уж пойдет ко дну, то не один.