– Усе, – сообщила бабулька, повернувшись к Зинаиде.
– Все? – уточнила та, многозначительно подняв брови.
– Усе, – подтвердила бабка Маруся. – Даже ежели вусмерть захочет, все одно не смогет. Не будет подыматься…
Оглушенные хлопком мозги уйбуя наконец-то заработали, причем на диво четко – Дюбель, с беспокойством прислушиваясь к беседе, при последней реплике непроизвольно схватился рукой за промежность и возопил:
– Это что, мля, подниматься не будет?
Бабка Маруся хитро глянула на него:
– Што-што… Сам, поди, знаешь… Рука.
От сердца немедленно отлегло.
– Тьфу на тебя! – плюнул в сердцах уйбуй.
– Сколько? – поинтересовалась между тем Зинаида, открывая лакированную сумочку.
Бабка Маруся лукаво прищурилась.
– Тыщу.
– И все? – вырвалось у Зинаиды.
– И усе.
Дюбель раздраженно дернул плечами и подумал о том, что до штурма осталось два часа. Еще может успеть.
– Эй ты, – обратился он к Зинаиде, выйдя на улицу. – Все? Может, ты меня наконец отпустишь?
– Это куда тебя, забулдыгу, отпускать? Опять на помойку, что ли? – немедленно завелась та.
Дюбель горестно вздохнул и припомнил соседа по вытрезвителю. Вот и у того, наверное, такая же была жена. Неудивительно, что сбежал. Колобок, мля…
Спасаясь от визгливых воплей Зинаиды, уйбуй заглянул в салон внедорожника и неожиданно увидел лежащую на заднем диванчике фляжку виски.
«Вот оно!»
Тетка неожиданно притихла. Мордовороты тоже не проявлялись. Замерли.
«Не ожидали? Так получите!»
Дюбель торопливо свернул пробку, поднес горлышко ко рту, и…
– Закодировала-таки гада! – восхищенно пробормотала Зинаида, глядя на орущего во всю глотку уйбуя.
* * *Непосредственного участия в битве Шашкин не принимал. Повязанный грязной красной косынкой на самый что ни на есть рокерский манер, освеженный дешевым виски, предложенным кем-то из байкеров, он сидел в джипе с двумя такими же краснобанданными бандитами и наблюдал за захватом «Чудь Inc». Рядом стояла командирская «Газель», откуда руководил штурмом Сабля.
Вот четыре пожарных «КамАЗа» вынырнули на Вернадку со стороны Ломоносовского и на бешеной скорости вломились в ворота. Вот во двор под стрекот автоматов устремился передовой отряд возбужденно кричащих байкеров…
Сабля вытащил из кармана мобильник, поскреб им под правой лопаткой и набрал номер.
– Любомир? Это Сабля, мы прорвались в Замок и пытаемся вскрыть сокровищницу. Через час я привезу тебе Амулет.
Шашкин не слушал, о чем говорил с каким-то Любомиром Сабля. Со жгучим любопытством он всматривался в густую завесу дыма, вслушивался в рваный ритм стрекочущих автоматов и приближающийся гул вертолета. Когда порыв ветра разносил клубы гари и на короткий миг затихали автоматные очереди, Петру казалось, что он различает звуки скрещивающейся стали и видит рыжеволосых мужчин в старинных, будто рыцарских, костюмах и доспехах. Те отбивались от краснобанданных самыми настоящими мечами, и Шашкин мог поклясться, что из пальцев некоторых «рыцарей» вылетают самые настоящие молнии.
Петр встряхнул головой: то ли виски байкеров оказалось очень крепким, и он здорово опьянел, то ли… все это и впрямь происходит на самом деле.
В последнее, однако, верилось с трудом – ничего подобного Шашкин не видел даже в не столь давние времена разгульного бандитизма. А ведь ему доводилось глядеть на Москву с самыми разными декорациями, в самых разных ипостасях: революционную и празднующую, бунтующую и торжествующую, с броскими транспарантами и голодными шахтерами, с грозными танками и чумазыми беженцами, с марширующими ветеранами и взорванными домами… Однако Москву с замками и амулетами, рыцарями и колдунами Шашкин не видел еще никогда, и оттого ему казалось, будто он попал в совершенно другой, чужой город…
Когда вертолет завис прямо над командирским фургоном, кто-то больно ткнул Петра в плечо.
– Короче, я за базар, в натуре, отвечаю, – скороговоркой выпалил Сабля, не сводя глаз с затянутого дымом двора высоток. – Слово дал – слово сдержал. «КамАЗы» ты мне достал, так что все, племянница твоя.
Сидящие рядом с Шашкиным бандиты радостно загудели:
– Тогда чего ждать? Погнали, мля!