Джино Ревелло застыл рядом со мной в арочном проеме входа. — Пиппа, я не знал, что у нас еще один гость. Возможно, тебе стоит нас представить. — В каждом слове сквозило раздражение, почти незаметное для человеческого уха. Почти.
Она улыбнулась, невозмутимо, как будто внезапное напряжение в комнате было ее планом с самого начала. Какова была ее цель? Она делала заявление своему отцу или мне? Если ее целью был я, то ей есть чему поучиться в отношении железной воли Боханана. Я жил ради вызова, и выходки Пиппы только подстегивали меня. Если она пыталась отвадить меня, то делала это неправильно.
— Мне так жаль, папочка. Арчер готовился вернуться в колледж, и это был последний вечер, когда мы могли наверстать упущенное. Надеюсь, ты не возражаешь. — Она положила руку на плечо этого засранца, в ее словах сквозила невинность.
Я шагнул вперед и протянул руку в сторону Арчера. — Чем больше, тем веселее, я бы сказал. Меня зовут Бишоп. — Моя улыбка была практически волчьей, но я ничего не мог с собой поделать. Это должно быть весело.
— Мистер Ревелло, надеюсь, я не помешал, — обратился он к Джино ломающимся от напряжения голосом. Этот парень не был конкурентом. На самом деле, эта идея была достаточно смехотворной, чтобы справиться с моим самообладанием.
— Вовсе нет, — заверил его Джино. — Гостям всегда рады. — Он повернулся ко мне с тонкой улыбкой. — Пожалуйста, присаживайся. — Он указал на свободное место рядом с тем, где, предположительно, сидела его жена. Место прямо напротив Арчера. Идеально.
Я занял свое место и заметил, что Пиппа возится с волосами — нервозность. До сих пор она держалась уверенно, но неуверенность беспокоила ее изнутри. Я должен был восхищаться ее усилиями. Она стремилась проложить свой собственный путь. Немногие люди познали себя с такой убежденностью и остались верны себе.
С неохотой я переключил свое внимание с Пиппы на ее друга. — Итак, Арчер, откуда ты знаешь Пиппу?
— Мы тусовались в школе. Мы оба играли в баскетбол, поэтому виделись на тренировках. — Его взгляд ненадолго переместился на Джино, после чего он заерзал на своем месте.
Пиппа сделала глоток вина. — Ты бы познакомился с ним раньше, папа, если бы не был так строг, запрещая мне встречаться.
Брови Арчера поднялись, когда он удивленно посмотрел на нее. Он быстро пришел в себя, но вред был нанесен. Между этими двумя не было и отдаленной близости. Хотел ли он отношений? Почему он не настаивал на этом? Их ситуация была интригующей в болезненном, тошнотворном смысле. Если бы я не знал, что Пиппа была девственницей до встречи со мной, неопределенность их прошлого съела бы меня заживо.
— Извините за задержку. — Миссис Ревелло ворвалась в комнату с дымящейся миской макарон в руках. — Ужин готов. — Она поставила блюдо на стол, за ней последовали две девочки-подростка, которые сделали то же самое с тарелками, которые они несли.
Джино встал. — Лауретта, это Бишоп Боханан и… Арчер… Прости. Я не расслышал твою фамилию.
— Уортингтон. — Он кивнул Лауретте. — Рад познакомиться с вами.
Мать Пиппы перевела взгляд с Арчера на меня и обратно. — О да. Очень приятно познакомиться с вами обоими. Ари, пожалуйста, сходи за своим братом.
Старшая из двух девочек вышла из комнаты, в то время как другая заняла место рядом с Арчером, позволив занавесу из волос образовать барьер между ними. Она казалась самой застенчивой из всех.
— У вас прекрасный дом, миссис Ревелло, — сказал я.
Она тепло улыбнулась. — Спасибо. Могу я предложить бокал вина?
— Пожалуйста, позвольте мне. — Я встал и взял бутылку с середины стола, налив ей хорошую порцию, прежде чем налить себе стакан.
— Эй, Бишоп! — Задорный голос Гейба раздался у меня за спиной, когда он вошел в комнату.
Я поставил вино и отошел от стула, протягивая руку для кулачного удара. — Как дела, приятель?
Гейб засиял, явно обрадованный тем, что с ним обращаются как с равным. — Ничего особенного.
— Вы уже встречались раньше? — Спросил Джино.
— Бишоп приходил на тренировку на днях, и Пип его проучила. — Он усмехнулся. — Ты бы видел ее. Это было здорово.
Арчер рассмеялся, и мне пришлось сдержаться, чтобы не посмотреть на него.
— Да, что ж. Теперь, когда я знаю ее склонность к авантюрам, я буду более осторожен в будущем. — Мой взгляд переместился на Пиппу, у меня на уме был совсем другой вид авантюр. Ее мысли, должно быть, направились туда же, потому что пунцовый румянец согрел ее щеки.
Она прочистила горло. — Хорошо иметь несколько тузов в рукаве. Никогда не знаешь, когда кто-то попытается застать тебя врасплох. — Ее замечание прозвучало как укол, но меня это больше позабавило, чем что-либо другое.