– Да, я знаю, что карьерные возможности для женщин в нашем обществе весьма ограниченны.
– Ограниченны – это слишком мягко сказано, сэр, а потому не отражает существующего положения дел! Практически любая женщина может оказаться на улице, если обстоятельства ее жизни сложатся неблагоприятно. Вы будете удивлены, но на Суонтон-лейн приходят леди из весьма благородных слоев общества. Если муж умер и вдова осталась без средств к существованию, то ей приходится продавать себя, чтобы заработать на еду и крышу над головой. А если после мужа остались еще и долги…
– Вижу, вы принимаете большое участие в деятельности этого заведения. А как вы, кстати, узнали о благотворительности Роберты Вудс?
– После того как переехала жить к Эмме, я взяла на себя заботы по управлению ее благотворительными проектами. Леди Эштон уже много лет помогает заведению на Суонтон-лейн. Так мы и познакомились с мисс Вудс, а потом у нас появились и общие интересы: она тоже не прочь разоблачить господ из высшего общества, которые уверены, что могут вести себя как вздумается, не считаясь с законами божескими и человеческими.
– И какую же информацию вы получаете из этого заведения? – спросил Энтони.
– Вы будете неприятно поражены тем, как много жрицы ночи знают о господах из высшего общества.
– Мне это прежде никогда не приходило в голову, но теперь, после ваших слов, я понимаю, что проститутка действительно может стать отличным информатором.
– Именно от женщины, искавшей убежища на Суонтон-лейн, мне стало известно, что вот уже несколько месяцев Гастингс посещает бордель, который называется «Феникс-Хаус». Теперь он ходит туда регулярно, раз в неделю, и, как говорят, ничто не может заставить его отменить назначенную встречу.
– Интересно, – пробормотал Энтони.
– Скажите, – Луиза смотрела на него с недоумением, – вам не кажется странным, что джентльмен из высшего общества имеет в борделе своего рода абонемент?
– Э-э… видите ли, Луиза, я понимаю ваше удивление, но вообще-то тут нет ничего необычного. Многие так делают.
– О!
– Чтобы упредить ваши сомнения, скажу честно, что у меня такого абонемента нет, – улыбнулся Энтони.
– Я не имела в виду вас, сэр! – Луиза покраснела от смущения.
Столбридж решил, что смущать ее дальше не имеет смысла, и попросил:
– Расскажите о мошенничестве с калифорнийскими приисками. Помню, на меня произвели большое впечатление детали и подробности, изложенные в статье Фантома. Как вам удалось все так подробно разузнать?
– Миранда уже упоминала, что я пришла к ней на следующий же день после того, как случайно подслушала разговор. Честно говоря, я совсем не была уверена, что она меня примет, – ведь мы не были знакомы. И уж я почти не смела надеяться, что она поверит моим словам. Но, к моему удивлению, Миранда не только пригласила меня в дом и внимательно выслушала, но и предложила разведать подробности аферы. И мы придумали план.
– И каков же был план?
– Несмотря на возраст, Миранда остается прекрасной актрисой, и она блеснула своим дарованием. Когда эти господа приехали к ней для подписания бумаг, она разыграла этакую наивную даму, которая буквально жаждет отдать деньги столь достойным и благородным господам. Она восхищалась их деловой хваткой, талантами и прочим и время от времени задавала вопросы относительно предприятия. Полагая, что имеют дело с полной дурочкой, они довольно охотно отвечали, а я пряталась за дверью гостиной и записывала каждое слово.
– А что вы предприняли потом? – Энтони смотрел на Луизу с искренним восхищением.
– Я послала телеграмму главному редактору местной газеты в тот город в Калифорнии, где, по словам мошенников, находятся богатейшие золотые прииски. Этот человек был очень добр и ответил немедленно. Смысл ответа заключался в том, что в том районе нет золотых приисков. Он счел необходимым предупредить меня, что люди, утверждающие обратное, скорее всего мошенники. Еще он просил прислать ему подробности для газеты, если дело получит огласку.
– Именно тогда вам пришла в голову мысль стать журналисткой?
– Да. Я немедленно договорилась о встрече с редактором газеты «Флайинг интеллидженсер». Мы встретились, поговорили, и я предложила написать для его издания серию статей о нравах, царящих в высшем обществе. Первая из них, сказала я, будет посвящена финансовому мошенничеству, которое задумали два весьма родовитых и уважаемых джентльмена.