Выбрать главу

Луиза свернула с тропинки и поспешила к темным теням, колыхавшимся в стороне, которые, как она знала, должны быть группой деревьев. Теперь она ступала неслышно, под ногами была лишь мягкая трава. Добравшись до укрытия, она оглянулась. На дорожке появилась закутанная в плащ фигура в капюшоне. Луиза поняла, что это женщина, которая остановилась и замерла, прислушиваясь. Бесконечно долгий миг эта пугающая фигура маячила на дорожке, но в парке царила полная тишина, как в подводном царстве, и незнакомка, разочарованная отсутствием шагов, повернулась, пошла в обратном направлении и тут же исчезла в тумане.

Луиза стояла неподвижно, как ей показалось, целую вечность. И уговаривала себя, что это не может быть та же женщина во вдовьем наряде, которую она видела вечерами из своего окна и которой так неудачно пыталась помочь. В конце концов, одно черное платье очень похоже на другое черное платье. И все же она была почти уверена, что именно вчерашняя разгневанная вдова преследовала ее сегодня.

Когда сердце Луизы перестало колотиться от страха, она покинула свое укрытие, вернулась на тропинку и поспешила к Арден-сквер. Однако буквально через несколько ярдов из тумана навстречу ей выступила другая фигура. Теперь это был мужчина в сером плаще. Луиза не успела испугаться, как Энтони сказал:

– Леди Эштон предупредила меня, что обычно вы возвращаетесь этой тропинкой через парк. И я решил прогуляться и встретить вас в таком тумане.

Луиза остановилась, с трудом переводя дух. Столбридж, как всегда, походил на хищника – элегантный, но все готовый к схватке волк. Однако это ее собственный, прирученный, сильный и надежный хищник. Если кто и сможет защитить ее, то только этот человек. Она сжала руки, борясь с глупым желанием броситься ему в объятия.

– Мой Бог, сэр, вы меня напугали.

– Простите, я не хотел. – Он сделал шаг вперед и внимательно вгляделся в ее лицо. – Вы выглядите встревоженной. Что-то случилось?

– Нет, ничего. – Она, не удержавшись, бросила взгляд через плечо, но на дорожке никого не было. – Я видела какую-то женщину минуту назад, но она ушла… Это не важно.

– Позвольте помочь вам. – Столбридж забрал у нее завернутый в бумагу сверток, и они пошли рядом. – Леди Эштон говорила, что вы пошли по магазинам. Это книга?

– Да.

– О! Сенсационный роман, полный неземных страстей и внебрачных любовных связей?

– Нет! – Луизе не понравилось, что ее дразнят, и они резко спросила: – А что вы здесь делаете?

– Мужчина, который не нанес визит своей даме на следующее утро, не может считаться джентльменом.

– На следующее утро после чего? – рассеянно спросила Луиза. Мысли ее по-прежнему были заняты женщиной в черном плаще, и она раздумывала, прилично ли будет еще раз оглянуться.

– Мой Бог, Луиза, я просто уничтожен вашими словами! Неужели вы так скоро позабыли нашу краткую прелюдию в зимнем саду Лоррингтонов?

Луиза покраснела и от смущения не сразу нашлась с ответом.

– Ах, это, – пробормотала она.

– Еще пара фраз в таком духе, дорогая, и я просто провалюсь сквозь землю от унижения.

– Ради Бога, сэр…

– Вчера вы называли меня Энтони, и мне это было приятно.

– Думаю, нам стоит сменить тему.

– Если вы задались целью посмеяться надо мной за вчерашнюю поспешность, то я еще раз признаю свою вину, свою глупость и неспособность правильно оценить ситуацию и умоляю вас простить меня.

– Вам не за что себя винить, сэр, – деловым тоном заявила Луиза. – Я много думала о вчерашнем и пришла к выводу, что большая часть вины лежит на мне.

– Потому что вы не поставили меня в известность об отсутствии у вас какого бы то ни было опыта в данном деле?

– Вовсе нет! Просто я слишком многого ожидала от самого …. предприятия. Боюсь, я безоговорочно поверила в описания страсти, которыми наполнены романтические пьесы и любовные романы. Ну, вся эта чушь про неземные наслаждения и безумные желания. Мне следовало знать, что реальность всегда более проста и скромна.

– Я предложил бы вам повременить с окончательными суждениями до тех пор, пока не поставите еще несколько экспериментов и не обретете некоторый опыт.

– Мм?..

Столбридж взял ее под руку и, чуть склонившись к ней, решительно добавил: