Эв сложила руки перед собой, как бы подчёркивая этим жестом свою неприступность, и с вызовом в голосе осведомилась:
– Прибыли сделать обход?
Клим хлопнула шляпой о брюки и молча поднялась по ступенькам. Эв поджала губы.
– Я всё утро работала, как рабыня, в вашем пристанище погонщиц скота. Может быть, хотя бы взглянете?
Она изобразила на лице улыбку.
– Надеетесь на медаль за хорошее поведение?
– Ещё чего! – вспыхнула Эв и сухо добавила: – Выполняю свою часть соглашения, только и всего.
Климентина удовлетворённо кивнула, отмечая взглядом её усталые глаза, перепачканные руки и лицо.
– Я подумала, может быть, вам захочется прокатиться.
Сердце Эв готово было выпрыгнуть из груди.
– Конечно! – воскликнула она с таким неподдельным детским восторгом, что лицо Уолкер опять озарилось улыбкой. – А вы можете отпроситься с работы?
– Конечно, могу, насколько мне будет надо, – ответила Климентина невозмутимо. – А дела моего шефа подождут.
Эв нахмурила брови.
– Не нужно вести себя высокомерно, получив наследство, – порывисто произнесла она. – Пройдёт время, прежде чем деньги перейдут в ваше распоряжение, не стоит восстанавливать против себя людей.
Её слова вызвали у Уолкер искреннее веселье. Миг она смотрела на Эв, затем подошла к ней и привлекла к себе.
– Что вы делаете? – задыхаясь, спросила Эв, чувствуя, как стучит её сердце.
– Собираюсь вас поцеловать, – прямодушно ответила Клим. – В конце концов, как вы сказали, не стоит восстанавливать против себя людей, тем более адвоката, находящегося так далеко от дома.
Прежде чем Эв успела отпрянуть, губы Клим прильнули к её губам. Эв подняла руки и запустила пальцы в жидкие женские волосы, с жадностью отзываясь на ласку. Внезапно опомнившись, отпихнула Уолкер и отступила к перилам.
– Нет, я не могу, – смутившись, проговорила Эв. – Мы с вами лишь вчера познакомились, и я…
Климентина не упустила возможности поддеть её:
– Я знаю. В субботу вы обвенчаетесь с женщиной, которую держите в подвешенном состоянии.
– Это не так, – пробормотала Эв.
– Тогда объясните, наконец, в чём дело!
Эв отвернулась.
– Может быть, лучше позавтракаем? – ушла она от ответа, обошла Уолкер и пошла в дом. – Вы, наверное, голодны, всё это время работали. Я прилично готовлю, – нервная болтовня длилась сама по себе, – мой омлет с колбасой мог бы получить приз.
– Ладно, что не проводятся олимпиады врунов, – задумчиво пробормотала Климентина, следуя за ней в дом.
Уже подойдя к плите, Эв застыла, услышав её слова, и резко обернулась, держа в руке сковородку.
– Что вы хотите этим сказать?
Уолкер шутливо, как бы защищаясь, подняла руки.
– Собираетесь мне врезать?
– Если я вас ударю, то ничего не добьюсь, – вздохнула Эв.
Климентина кинула на девушку победоносный взгляд.
– Рада слышать, что прошлой ночью вы всё-таки кое-что усвоили.
Эв сердито уставилась на Клим, вспомнив, как набросилась на неё накануне.
– Какой мне смысл нападать на вас, – усмехнувшись, отозвалась она, – если у вас напрочь нет чувств? Думаю, вы ничего не ощутите, даже если на вашу голову свалится целая фабрика по изготовлению сковородок.
– Пока свалились вы, – спокойно ответила Уолкер и, забрав сковородку, поставила её на плиту. – Мне будет легче, если на ней окажется омлет, а не моя голова.
– У вас, возможно, мания преследования.
Эв торопливо отвернулась к плите. Ну почему именно сейчас, когда она пыталась её уязвить, ей внезапно пришло на ум, что никогда в жизни ещё не видела глаза такого небесно-синего цвета!
– Нет, – услышала она голос, такой спокойный, словно происходил обмен комплиментами. – У меня не мания. Лучше это назвать высокоразвитым инстинктом самосохранения. Типо вашего. Ведь вы явно что-то скрываете. Мне и раньше приходилось встречать нервных женщин, только вы натянуты как струна, сыграть можно.
Эв взяла яйчную массу, которую взбивала в миске и вылила на сковороду.
– Ничего, если без колбасы? – растерянно спросила она, смотря на растекающуюся массу.
– Сядьте, я сама приготовлю завтрак.
Климентина подошла ближе к плите. Эв невольно уставилась на неё.
– А разве вы не для этого меня наняли?
– Скорее для того, чтобы кое-чему научить, – заявила Климентина с непроницаемым лицом. – Дело в том, что, прежде чем начать готовить на электрической плите, стоит её включить. Они, знаете, такие привереды, без тока не работают. У вещей, как и у некоторых леди, свои маленькие секреты.