— Снова? — Марк переспросил, в секунду мрачнея от понимания.
Этот ублюдок бил Сару. И как Марк мог быть так наивен? Думал, что ее просто подержали в какой-то комнатушке, не тронув и пальцем. Нет, эти люди прогнили куда больше, чем ты мог полагать.
— Неужели она не поплакалась на твоем плече?
Марк почти ничего не расслышал. В его ушах раздавался только гул крови, закипающей в венах. Каждая мышца напряглась и приготовилась к действию. Он готов был разорвать на куски любого, кто обидел бы Сару. И поэтому в данный момент его состояние нельзя было сравнить с обычной яростью. Для такого не существует определения. Такое мало кто испытывает. Это слишком всепоглощающее чувство.
В следующее мгновение из-за двери послышались довольно громкие звуки, напоминающие грохотание грома. Однако это было далеко не дело рук стихии. В коридоре разворачивалась настоящая схватка между демонами и стражниками. Господин Аластор с нескрываемым удивлением посмотрел на Марка.
— Привел свою свору? - поинтересовался он, чуть отходя от противника.
Настала очередь Марка нанести удар. Он быстро сменил свое положение, оказавшись позади мужчины и пригвождая того к огромному дубовому шкафу.
— Свора за дверью только одна, но и ее скоро не станет. — Прошипел он в чужой затылок.
Аластор не из тех, кто станет так просто поддаваться в бою, поэтому он сразу выкручивается и тут же его рука начинает сочиться темными полосами, обволакиваясь густым дымом. Все это выглядит, как сцена из фантастического фильма.
Сражение двух демонов заставляет стены дома дрожать в ужасе рухнуть, а мебель превращаться в жалкие обломки. С момента начала схватки прошло около двадцати минут. Мужчина определенно опытнее Марка, у него больше навыков и сил. Но у него нет того двигателя, что есть у парня — ненависть, желание отомстить и просто уничтожить.
Дыхание Марка давно сбилось, тело постоянно покрывалось новыми ранами, рассеченный чужим кулаком висок неприятно пульсировал, мешая трезво мыслить. Господин Аластор тоже выглядел потрепано, но все еще держал форму.
Сражение в коридоре было не менее ожесточенным. Приспешники Аластора прибывали с каждой минутой. Справиться с ними не составляло большого труда, но они брали количеством. Глеб и Давид отчетливо ощущали, что без помощи Алекса и Майкла им будет крайне тяжело справляться.
Пока что демон сражался с ними, но он ждал Дамира, который должен было рано или поздно появится здесь и вмешаться в битву. Майкл же направился в комнату, где сражался Марк, он должен был ему помочь.
— Серьезно думаешь, что твоих жалких сил хватит, чтобы убить меня? — проговорил Аластор. — Сначала я справлюсь со всеми вами, а потом прочту книгу и избавлюсь от тупой ведьмы.
Глаза Марка снова загорелись. Он снова вспомнил, что где-то в этом доме заключена Кира. Она снова в заточении, снова ее лишают воли и свободы. Снова ее пытаются использовать в своих целях. Нет. Марк не мог допустить такого. Он был причиной ее страданий, но он все исправит. Даже если умрет здесь, все равно не сдастся.
— Сегодня мы собираемся избавиться только от тебя, — в разговор вмешался Майкл, подошедший к этому моменту.
Он тут же принялся читать различные заклятия против демона на латыни, прикрываясь защитным оберегом стражника. Все это теперь походило не на фантастику, а на фильм об экзорцизме. Виктория тоже отправилась за стражником, надеясь на то, что сможет быть полезной в случае чего. Она остановилась около толстой колонны, слегка ограждая себя от опасности.
— Демон пользуется помощью стражника? А ты еще более жалкий, чем я думал, — Господин Аластор продолжает сыпать оскорблениями, обращаясь к Марку.
— На войне, как известно, все средства хороши. Разве жалкие люди прибегают к помощи? Так делают те, у кого есть мозги и желание победить. — Произнося это, Марк нанес очередной удар, который был с трудом, но отражен старшим демоном.
Сложно было определить исход сражения. Потому что кровь у всех одинаковая. И она была повсюду.
***
Кира с трудом раскрыла глаза, отмечая про себя, что лучше бы не делала этого. Вокруг была почти кромешная тьма, из звуков только мерное завывание сквозняка, просачивающегося из мелких щелей в кладке дома. Пахло сыростью и затхлостью. Все именно так, как и должно быть в настоящем подвале для заточения жертв.
Стены здесь толстые, ни один крик не донесется до ушей нерадивых гостей или зевак. Камень темный настолько, что ни один кровавый ручеек не будет виден любопытному глазу. Свет проникает ровно настолько, насколько это достаточно человеку для сохранения рассудка.