На работе переодеваюсь, обмениваюсь приветливыми фразами с девочками. Занимаю свое место на кольцах.
— Как дела, Варь? Зверь не нападал? — шепотом интересуется Юлька.
— А что, должен был? — нервно смеюсь.
— Ну я так, на всякий случай, спросила. Ты такая задумчивая вчера была и сегодня надела рубашку не той стороной…
— Ой, — опускаю глаза. — Вот растяпа.
Бегу переодевать рубашку как положено. От зорких глаз начальницы такой промах не скрыть. Мы же обязаны быть безупречными, повышать своим видом доверие покупателей. Строгий дресс-код, аккуратный макияж, сильно не отсвечивать среди драгоценностей.
На самом деле, моя задумчивость связана, помимо буйных родственников, еще с Димой. Я еще не дала ответ, но он уже в сообщениях желает спокойной ночи, доброго утра и прекрасного дня. Почти каждый час хоть как-то напоминает о себе. И я уже задумываюсь о том, что для Марка он мог бы стать лучшим отчимом.
Не у всех же должна быть безумная счастливая любовь. Кому-то везет, а кому-то приносит страдания. Диму я знаю, с ним спокойно, комфортно, с ним любит играть мой сынок. Смогу ли я ответить на чувства взаимностью? Это мне трудно предвидеть, знаю, что буду стараться, если… Если соглашусь на отношения больше, чем дружеские.
— Варя, тут такое дело, — ко мне подбегает заведующая с выпученными глазами.
— Что-то случилось? — я пугаюсь.
Смену сдавала, все пересчитывала.
— Тебя вызывают в главный офис. Позвонила секретарь нашего босса, — подводит глаза к потолку, словно для нее равнозначно что босс, что Бог. Великий, одним словом. — Какие-то проблемы возникли. Возможно, уволят. Но ты просись хотя бы две недели отработать. У меня же и так вас нехватка, Татьяна с понедельника в отпуске. Ой, беда с вами, беда.
В ушах появляется гул. У-у-у… гудит от потрясения.
Проблемы заведующей и нехватка сотрудников проносятся как раз мимо ушей.
— За что меня увольнять? Мне очень нужна работа!
Еле держусь, чтобы не разреветься.
— Поезжай, все выясни и нам объяснишь. Сама не поняла, как они так решили там. Хоть бы предупреждали, когда готовиться к сокращению, — причитает заведующая о своем.
Плетусь с поникшей головой за сумочкой. Возле выхода из ювелирного вспоминаю, что не переоделась. Ничего, поеду в служебной одежде. Главное, не плакать. А то тушь потечет, тогда они точно меня не оставят.
— Варь, мы будем держать за тебя кулачки!
— Наверное, ошибка какая-то. Даже наша Ирка не понимает, в чем дело.
— Спасибо, девочки, — киваю с грустью коллегам.
— Нет, я не верю. Варь, ну подумай сама, если не хватает сотрудников, тогда не увольняют ответственных девочек. И как мы уже без тебя? — всхлипывает Юля, провожая меня до крыльца.
— Как-то будет, — выдавливаю из себя, находясь пока в шоке от новости.
— Не как-то, а самым лучшим для тебя образом! — с жаром выпаливает Юлька. — Вдруг перевести на повышение хотят? Позвони, как все станет известно. Только не смиряйся с увольнением.
— Не смирюсь, буду драться до крови, — поднимаю кулачки, и даже смеюсь.
Приятно, что на работе меня окружали добрые люди. Одергиваю себя, что рано еще думать о них в прошедшем времени.
Надеюсь, в этом не замешаны тетка Регина с ее подлым сыночком. Они такие, что могли. О да, опозорить, оклеветать. На все пойдут, чтобы лишить меня заработка и выиграть суд.
Переполненная решимостью доказывать, насколько я ценный сотрудник и не хочу лишаться работы, еду в главный офис. И даже не догадываюсь, какие сюрпризы могут там поджидать.
Глава 12
При входе в офис называю фамилию охраннику. Он связывается с кем-то, в трубку угукает. Никуда не пропускает, пока за мной не приходит женщина из отдела кадров.
Значит, все плохо.
Даже не пропустили к менеджеру, курирующему наш магазин. Он такой солидный мужчина за сорок. Я всегда с ним приветливо общалась, подавала зимой горячий чай, летом прохладную воду, когда к нам заглядывал с проверками.
— Меня точно увольняют? — спрашиваю у кадровички.
— Был отдан приказ это сделать. Но вы не волнуйтесь, Варвара, штраф не придется платить, — так успокаивает она, разводя руками.
Что-о?!
Еще и штраф повесить хотели!
Уважаемая ювелирная фирма. С каждого сайта лезет реклама на них. Миллионами ворочают, а с меня чуть не содрали три копейки.
— Ну знаете! Это же вообще беспредел! Назовите причину увольнения? Назовите, за что?