Лапочка тоже обернулась:
— Подойди сюда, Счастливчик.
Ежась под ледяным взглядом вожака, Счастливчик медленно побрел вперед. В животе у него сделалось жарко от гнева. Перед ним был бессердечный негодяй, убивший храброго Альфи, и Счастливчику хотелось зарычать, оскалить зубы, оскорбить врага или даже броситься на него и впиться клыками — пусть на своей шкуре почувствует, каково это! Но это было бы самоубийством. Счастливчик вздрогнул, вспомнив маленькое тело Альфи, холодеющее на мокром песке, когда жизненная сила покинула его вместе с кровью.
«Я здесь для того, чтобы помочь моей стае, чтобы спасти друзей от участи Альфи. Нельзя забывать об этом».
Вблизи полуволк оказался еще больше и свирепее, а его желтые глаза нагоняли жуть. Огромные лапы, заканчивавшиеся чудовищными когтями, были снабжены перепонками, совсем как у Марты, но это было единственное сходство между ними. В жестоких чертах альфы не было и тени добродушия черной великанши. Однако Счастливчик был вынужден, скрепя сердце, признать, что полуволк был прирожденным вожаком стаи. Достаточно одного взгляда на него.
— Значит, — пророкотал альфа, — ты решил вступить в мою стаю.
Это была скорее насмешка, чем вопрос, но Счастливчик заставил себя не опустить взгляда.
— Да, — просто ответил он. — Я смогу стать ценным членом стаи. Лапочка может за меня поручиться.
— Да. Бета уже сделала это.
Снова это странное слово! Счастливчик покосился на Лапочку, вспомнив о том, с каким подобострастием относились к ней остальные члены стаи. Возможно, это означает, что она была заместительницей огромного полуволка? Если так, тогда все становилось понятно.
— Мне не нужны новые члены стаи, — со скукой в голосе проронил вожак. — Я вполне доволен теми, кто у меня есть.
Счастливчик нутром почуял, что его ни в коем случае нельзя умолять. Это сразу перечеркнет все усилия. Нет, полуволк не проявит снисхождения ни к слабости, ни к подобострастию, однако и бросать ему вызов тоже будет смертельной ошибкой.
Поэтому Счастливчик опустил хвост и лукаво склонил голову набок. Возможно, имеет смысл попробовать роль веселого попрошайки, которая так часто выручала его в городе?
— Тебе не нужны обыкновенные собаки, альфа, но как насчет быстроногого силача, вроде меня? Кстати, я умею ловить кроликов. Недавно сцапал одного — жирнющего!
Альфа широко зевнул ему в морду, обнажив острые белые клыки.
— Для охоты у меня есть Торф. А моя Бета бегает так быстро, что может загнать оленя. Но ведь ты и сам об этом знаешь, городской пес. Разве вы с Бетой не старые знакомые?
Теперь в глазах полуволка сквозила угроза.
Счастливчик судорожно сглотнул, но заставил себя широко улыбнуться и даже высунул язык. Отступать было поздно, нужно было играть свою роль до конца.
— У тебя в стае много грубой силы, Альфа, — бесстрашно заявил Счастливчик, продолжая беспечно улыбаться. — Зато я умный. Очень умный. Городская жизнь учит ловкости и хитрости. А еще я умею выживать в диком мире. Собака-Лес меня любит.
— Неужели? — Альфа поднялся на лапы, потянулся, так что мускулы зловещими волнами прокатились под его лоснящейся шкурой.
Счастливчик сделал вид, будто не заметил его тона.
— Я мог бы вам пригодиться. Привнес бы в вашу стаю… свежее дыхание, скажем так. Ведь у меня свой взгляд на мир, а это может быть полезно для стаи!
— Не смей говорить мне, что полезно для моей стаи, а что нет! — рявкнул альфа с такой злобой, что Счастливчик невольно попятился. Теперь нужно было вести дело предельно осторожно.
«Помоги мне, Собака-Лес!»
— Я и не думал этого делать! — кротко ответил Счастливчик. — Я просто… просто хотел объяснить, кто я такой и на что могу сгодиться. Хотел рассказать, какая от меня может быть польза. Твоя стая — лучшая из всех, какие я видел, и мне очень хочется вступить в нее. Прости, если я вел себя слишком напористо.
Похоже, его слова слегка смягчили вожака, однако тут вмешался длинноухий черный пес, которому давно не терпелось вставить свое слово.
— Гони его прочь, альфа! — визгливо протявкал он. — От него гадко пахнет! Неправильно пахнет! Он весь провонял Длиннолапыми, камнем и металлом! Гони его, гони!
Альфа слегка повернул свою тяжелую волчью голову и смерил черного пса ледяным взглядом.