Нужно сказать, что подобного рода неприятие набиравшей тогда силы капиталистической цивилизации было присуще не только Мелвиллу, но и многим другим американским писателям. Это и понятно: в американском обществе еще не окрепли и не выявились в то время социальные силы, которые могли бы определить пути и средства освобождения Человека, Личности от капиталистического рабства. Но уже и на все Соединен 1ые Штаты раздавались громкие отчаянные голоса Вашингтона Ирвинга, Феиимора Купера, Эдгара По, Натаниэля. Готорна, Германа Мелвилла — голоса неисправимых мечтателей и пламенных обличителей пороков буржуазного мира.
Певцы восторженных гимнов Свободному Человеку, рыцари Прекрасной Мечты о счастье и братстве людей, непримиримые к злу, насилию, несправедливости, — они осуждали и предупреждали. И главное, они страстно верили сами и убеждали других верить — вопреки всему верить! — в лучшее предназначение человека.
Подобные мечтатели и обличители — а они были и есть у каждого народа — всегда приходят как бы «не вовремя». Фенимор Купер и Александр Грии, Фридрих Гёльдерлин и Федор Достоевский, Людвиг ван Бетховен и Франсиско Гойя, Мигель Сервантес, Джонатан Свифт и Поль Гоген, Генри Лоусон, Эрнест Гофман и Герман Мелвилл и многие, многие другие — такие разные н в то же время такие похожие в своей вечной неуспокоенности, непримиримости к порокам и несправедливости, в своей ничем неистребимой потребности требовать Правды для всех людей на земле.
За редкими исключениями, люди этого рода не борцы и тем более не стратеги. Зато их сердца, обнаженные и беззащитные, впитывают всю боль, тоску и горечь окружающего мира. Неприспособленные, мятущиеся неудачники, гонимые жизнью, как осенние листья ветром, они живут как будто в другом измерении, не принимая жестокой действительности. В свою очередь современники не понимают их и смеются над ними, а нередко их преследуют и даже побивают каменьями. Если их и чтут при жизни, то не за то, что они есть. Но чаше они умирают непризнанными и забытыми, нередко в бедности, порою с помутившимся разумом.
Но проходят годы, десятилетня, а то и века, и потомки вдруг открывают в их произведениях неиссякаемые духовные сокровища, восхищаются дерзновенностью их мечты и преклоняются перед разящей сталью их обличительного пафоса.
Так случилось и с Мелвиллом. Однако доставшаяся ему посмертно слава пришла к нему несколько необычным путем. Дело в том, что творческий почерк Мелвилла очень сложен, его произведения многоплановы, и за внешне ясным и простодушным, порою даже педантичным изложением фактов всегда чувствуется внутреннее напряжение и глубоко скрытый значительный подтекст.
В этом отношении первые произведения Мелвилла — «Тайпи» (1846) и сюжетно связанное с ним «Ому» (1847) — менее характерны, чем его последующие книги, например, «Моби Дик», где читатель то и дело сталкивается и с романтическими образами, олицетворяющими величие человеческого духа, и с парадоксальными, поражающими воображение аналогиями, с конкретными фактами, неожиданно возведенными автором в ранг общечеловеческих символов, с отталкивающей чудовищностью гротесков, с «противоестественным» сплетением скрупулезно сделанных фактоописаний и таинственной и потому тревожащей символики вкупе с абстрактными морализующими и философическими рассуждениями на самые общие и высокие темы.
Названные особенности мелвилловскнх книг и были причиной их неуспеха у современников.
Однако в 1920-х годах, когда к Мелвиллу пришла посмертная слава, зарубежные критики увидели в этих же особенностях его творчества черты, позволившие Мелвиллу в наибольшей степени выразить тайны сверхчувственного инобытия и глухую мглу человеческого подсознания. Такие критики пытались и до сих пор пытаются доказать, будто гневный обличительный пафос книг Мелвилла направлен против извечно довлеющего над человеком трансцендентного «мирового зла». На самом же деле зло, которое обличал Мелвилл, — в разобщенности отдельного человека и общества. Это зло не исчезло и не исчезнет, пока существует общественный строй, в котором вещи и деньги господствуют над человеком.
Герман Мелвилл дорог нам тем, что в его трагической судьбе и в его удивительных книгах как в капле воды отразилась трагедия Человека, бьющегося в тенетах капиталистической цивилизации. Вот почему Герман Мелвилл, как и все те, кто приходил в наш мир до Мелвилла и после Мелвилла для того, чтобы крикнуть во весь голос: «Спасите Человека, ибо он прекрасен!», — все они дороги нам, все они, когда бы они ни жили, наши соратники в борьбе за Человека и за построение общества для Человека.
INFO
Мелвилл Герман
М47 Тайпи: Роман/[Послесл. В. М. Бахты]; Худож. С. В. Юкин. — Одесса: Маяк, 1984,—247 с., ил, — (Мор. б-ка; Кн. 33).
М 4703000000-036/217(04)—84*49.84
ББК 84 7 США
И (Амер.)
Морская библиотека
Кн. 33
Герман Мелвилл
ТАЙПИ
Роман
Редактор Ж. И. ЗИНЧЕНКО
Художественный редактор Л. Г. МЕДВЕДЕВА
Технический редактор Т. Н. МОЛЧАНОВА
Корректор М. И, ПОПОВА
Информ. бланк № 1479
Сдано в набор 02.01.84. Подписано к печати 14.05.84. Формат 108X108 1/32. Бумага типографская № 2. Гарнитура литературная. Печать высокая. Усл. печ. л. 13,02. Усл. кр. отт. 0, 63. Уч. изд. л. 15,12. Тираж 230 000 экз. Зак № 4-507. Цена 1 р. 40 к.
Издательство «Маяк», 270001, Одесса-1, ул. Жуковского, 14,
Книжная ф-ка им. М. В. Фрунзе. 310057, Харьков-57 Ул. Донец-Захаржевского, 6/8.
FB2 — mefysto, 2022