На своей родной территории дайшири, естественно, не прятали хвосты, а, наоборот, выставляли их на всеобщее обозрение, причем как мужчины, так и женщины старались перещеголять друг друга в украшении своей пятой конечности. Каких только бантиков, ленточек, цепочек и подвесок, в том числе из драгоценных металлов и камней, я не увидела, пока мы верхом медленным шагом пробирались к одному Хайшу известному пункту назначения! А уж как кокетливо дамочки играли со своими хвостиками! Мне даже стало завидно, что у меня нет такой замечательной части тела: изящные хвостики, определенно, добавляли женщинам-дайшири особого шарма.
Наряды дайшири вообще отличались невероятной красочностью и яркостью. Женщины носили как обычные платья и юбки, так и пышные шароварчики, причем чаще всего желто-оранжево-красных оттенков, украшенные многочисленными блестками, мелкими камушками и стеклянными бусинами. Как и у любого иного народа по дороговизне украшений на теле и одежде можно было легко определить степень богатства и общественный статус любого жителя.
Довольно мрачно и невзрачно на этом пестром фоне смотрелись мы с Хайшем. Он так и продолжал ехать по городу в своем дорожном костюме коричневых тонов, а единственным украшением ему служил медальон. Однако, едва завидев моего спутника, с гордой осанкой проезжающего по середине улицы, народ тут же спешил расступиться и склонить голову. В результате мы двигались практически по коридору, по обе стороны которого пестрели толпы склонившихся дайшири.
Меня это вскоре заставило занервничать. Кроме того, я непрерывно ловила на себе любопытные и недоуменные взгляды дайшири, которые, судя по всему, не могли взять в толк, что может связывать «сиятельного господина» (именно так его поприветствовал кто-то из встреченных аристократов) и странную иноземную полукровку, ехавшую бок-о-бок с ним. Хайша же все это, похоже, нисколько не смущало: каменному выражению его лица я могла только позавидовать.
Спустя некоторое время, когда мы добрались в самый центр города, и в конце улицы замаячили сверкающие купола королевского дворца, Хайш затормозил у какого-то внушительного пятиэтажного здания из белого камня с позолоченной лепниной на фасаде и помог мне спешиться. Я почувствовала себя неуютно в своей обтрепанной дорожной одежде среди явно богатых горожан, откровенно изучающе разглядывавших меня. Особенно старались молодые женщины и девушки, во взглядах которых сквозила явная неприязнь ко мне и неприкрытое обожание по отношению к Хайшу. Некоторые из девиц, не церемонясь, приветствовали моего друга, строя глазки и чуть ли не плотоядно облизываясь. И хотя все их старания разбивались о железную невозмутимость мужчины (назвать Хайша «парнем» у меня уже язык не поворачивался – столько в его облике было надменности и высокомерия), мне это вовсе не добавляло уверенности в себе.
- Тая, - обратился ко мне Хайш, - я сейчас сниму для тебя номер в гостинице. Вымойся, отдохни, а попозже я заеду за тобой, и мы поедем покупать тебе одежду, обувь и все, что пожелаешь.
Сказано это было так твердо и спокойно, что явно не подразумевало возражений. Я сглотнула неожиданно вставший в горле ком и едва слышно спросила:
- Хайш, зачем ты меня сюда привез? Лучше мне было остановиться в обычном трактире. И какая еще одежда? Пару рубашек и штанов я могу и сама купить.
- Солце мое, - он невероятно тепло улыбнулся мне и погладил пальцами по щеке, - моя женщина должна иметь все только самое лучшее – и жилье, и одежду.
- Но я же недолго еще буду оставаться твоей женщиной, - серьезно возразила я, впервые за долгое время вернувшись к этой неприятной для нас обоих теме. – Зачем тогда все это?
- Мне хочется делать тебе приятное, заботиться о тебе. Чтобы, даже когда мы расстанемся, ты помнила обо мне только хорошее.
- Хайш, ты и так – самое лучшее, что было в моей жизни.
Он на секунду крепко прижал меня к себе, вызвав дружный вздох возмущения у успевших уже окружить нас дамочек, а затем взял за руку и потащил ко входу в гостиницу, словно таран, рассекая расступающийся перед ним народ.
Внутри гостиница выглядела еще шикарнее, чем снаружи. Бежево-желтые мраморные стены и полы, золоченые барельефы карнизов, магические светильники по всему холлу, обилие бархатных диванчиков и зеркал заставили меня с огромным трудом сдерживать вздохи восхищения и держать челюсть на ее законном месте.