Я настолько увлеклась книгой, что вздрогнула от неожиданности, когда звякнул колокольчик у входной двери. Отложив книгу, я встала навстречу покупателю… и чуть не рухнула обратно на стул. Шок – это, наверное, самое безобидное определение тех чувств, которые ураганом пронеслись в моей душе при виде нового посетителя.
Облик стоявшего напротив и с явным интересом рассматривающего меня мужчины был мне знаком. Он был точно таким же, как те всадники, которые въехали в столицу вместе со мной. Определенно, не местный житель – таких у нас просто нет. И одежда хоть и неброская на первый взгляд, но из очень дорогой ткани опять же иностранного производства. Уж в чем-чем, а в тканях я весьма неплохо разбиралась. И лицо, наполовину скрытое под тканью от головного покрывала… Да-а, впрочем, как и у меня.
Я не сразу сообразила, что уже с полминуты молча таращусь на диковинного гостя, а когда это до меня дошло, то я, наверное, покраснела, благо посетитель моего стыда наблюдать не мог.
- Здравствуйте! Вас интересует что-нибудь конкретное? – сделав над собой невероятное усилие вежливо спросила я.
Парень – а судя по полному отсутствию морщин на виднеющейся части лица он был довольно молод – хмыкнул и начал расспрашивать меня о разных зельях, да как я их делаю, насколько мои лекарства действенны и качественны, и не будет ли так, что, приняв зелье от простуды, он облысеет.
Эти вопросы так мне надоели (покупать что-то конкретное парень почему-то не спешил), что на его последний вопрос я ответила не особо вежливо:
- Не облысеете! И вообще, может, у Вас и волос-то нет – под покрывалом не видно, - а Вы потом придете и будете мне необоснованные претензии предъявлять, что, мол, мое зелье от простуды в этом виновато!
Покупатель удивленно воззрился на меня, подняв одну бровь, а я уже десять раз пожалела о своей резкости.
- Можете не сомневаться: волосы у меня есть, весьма длинные, густые, черные, - как-то очень вкрадчиво начал говорить он, глядя прямо мне в глаза.
И я вдруг почувствовала, как меня начинает словно затягивать в какой-то водоворот, что я перестаю ощущать мир вокруг, а все мое внимание сосредоточено только на его неотрывно смотрящих на меня глазах: больших, миндалевидных, цвета шоколада…
Наваждение закончилось так же неожиданно, как и началось. Я моргнула пару раз для верности. Хотелось еще головой потрясти, но я сдержалась. А странный покупатель, как ни в чем не бывало, вдруг перешел на деловой тон.
- Мне бы хотелось, чтобы Вы выполнили один мой заказ. – Он помедлил, будто размышляя, как лучше объяснить, что ему нужно. – Необходимо сделать одно зелье. Оно несложное в изготовлении, но проблема в том, что оно запрещено законом.
Теперь настала моя очередь недоуменно уставиться на него. Ничего противозаконного я делать, естественно, не собиралась, но отказывать так сразу я не спешила.
- И насколько противозаконно? – вкрадчиво поинтересовалась я.
- Совершенно противозаконно, - уверенно кивнул головой посетитель и тут же поторопился сказать: - Но я о-о-очень хорошо заплачу.
Деньги, конечно же, мне нужны, но вот каковы могут быть последствия, если обнаружится, кто это зелье изготовил?
- И какое же конкретно зелье Вас интересует, позвольте поинтересоваться? – все так же вкрадчиво вопросила я.
- Приворотное, и желательно усилить его магически, чтобы наверняка подействовало.
- Ни за что! – я аж шарахнулась от покупателя, как от ядовитой змеи. – Я не самоубийца, соглашаться на подобные предложения! И если Вас ничего больше не интересует, можете смело покинуть помещение!
Я была зла. Очень зла. И общаться далее со странным господином у меня не было ни малейшего желания.
- Подумайте, вознаграждение будет значительно превышать самые смелые Ваши предположения. И могу абсолютно гарантировать, что наша сделка останется в полной тайне.
Ага, сказочки для наивных девушек будете в другом месте рассказывать. А мне прекрасно известно, что грозит, если меня признают изготовителем приворотного зелья: лишение лицензии до конца жизни и каторга на солеварнях. Ну уж нет, не дождетесь!
Поскольку посетитель не выказал желания приобрести что-то еще, я молча указала ему на дверь. Тот еще несколько секунд задумчиво смотрел на меня, а затем развернулся и, не сказав больше ни слова, вышел. Я облегченно вздохнула. Пусть я не буду богата, зато буду жить долго и спокойно в тепле и уюте родного дома.
Если бы я только могла знать, что скоро у меня ничего этого не будет: ни дома, ни тепла, ни уюта, я бы прямо сейчас закрыла магазинчик и уехала бы на недельку-другую куда-нибудь в деревню подальше отсюда. Но прорицательницей я, увы, не была.