– Свистни своим псам отбой! – резко приказал Дэнни. – Иначе я убью тебя, прежде чем они успеют прикоснуться ко мне.
Мой мозг попытался в рекордное время представить, как Дэнни без оружия собирался убить дилера. У него оставалось максимум две секунды, прежде, чем мужики доберутся до него. Он сам когда-то объяснял мне, что даже опытному спортсмену невозможно убить кого-то одним ударом. Для этого должно сойтись столько вещей, сколько в реальном бою сходятся редко. Противник не должен разбираться в боевых единоборствах, должен быть абсолютно неподвижен, чтобы удар был исполнен с нужной силой, да и попадание должно быть рассчитано до миллиметра. И даже если у него получится убить его, разве остальные дадут нам так просто уйти?
Тип в майке не подумал и вполовину столько об услышанном, а сделал небольшое движение указательным пальцем, и остальные снова сели.
– Просто ответь на мой вопрос, – снова потребовал Дэнни.
– Она была здесь вчера вечером, – ответил он, всё ещё пытаясь отдышаться. Дэнни так сильно ударил его по лёгкому, что он едва мог дышать. Возможно, ненадолго он действительно испугался за свою жизнь. – Она сделала покупку, а потом поспала в главном здании.
– Где она сейчас?
– Без понятия. Она ушла два часа назад, хотела домой.
При дыхании он издавал свист.
– Иди уже, – сказал Дэнни, отпустил его и совершил быстрый отход. Потом взял меня за руку и выбежал со склада. Не останавливаясь, он втолкнул меня в машину, лихорадочно осмотрелся, перепрыгнул через капот и тоже сел. Запер автомобиль изнутри, поехал задом, с громким дребезжанием сбил мусорный бак и тут его занесло. Они уже бежали за нами и окружили автомобиль.
– Вниз, – приказал мне Дэнни, включил передний ход и дал газу. Раздался оглушительный треск и визг шин. Дэнни нёсся со скоростью почти сто километров в час по узкому переулку. Только когда мы оказались на главной улице, он снизил скорость и снова стал соблюдать правила дорожного движения.
– Они что, стреляли в нас? – пропищала я.
– А почему, как ты думаешь, я сказал ждать меня в машине? Ты думала, они захотят сыграть с нами в настольный теннис?
Я смотрела на него с раскрытым ртом. Он потряс левой рукой. Костяшки его пальцев были в крови. Я не могла произнести ни слова. Не могла даже закрыть рот. Каждый раз, когда мне казалось, что я действительно досконально знаю Дэнни, я находила в нём новые грани.
– Что такое? – раздражённо спросил он, всё ещё тяжело сопя. – Что ты на меня так уставилась?
– Когда-нибудь я рехнусь с тобой! – качая головой, я пыталась взять себя в руки. – Парочке хиляков, которые слабее тебя в миллион раз, ты даешь отвести себя, как жертвенного агнца, на заклание, но когда ситуация действительно опасная и у тебя нет шансов, тогда ты лезешь на рожон. Великолепно, Дэнни. Классная стратегия, я впечатлена.
Он пыхтел.
– Это единственный язык, который они понимают. Если ты войдёшь и скажешь: «Пожалуйста!», ты проиграешь.
– Как только мы найдём Тину, я запишу тебя в группу взаимопомощи. Для контроля агрессии в стрессовых ситуациях. Возможно, тебе поможет вязание. Или вязание крючком кухонных прихваток.
– Итак, тебе тоже не угодишь, – обиженно проворчал он. – «Не терпи, Дэнни. Защищайся, Дэнни. Делай то, Дэнни, делай сё…».
– Я и сейчас могу сказать, что нужно действовать в зависимости от ситуации, – насмешливо ответила я, – но когда проявляется твой темперамент, мозг отключается.
– Всё ведь прошло хорошо, – ответил он, – теперь нужно только найти Тину.
Закапал дождь. Сначала падали только разрозненные капли, но теперь полило как из ведра. Мы медленно ехали обратно и выискивали её глазами. Она должна была пробираться домой пешком или на попутке. Я много раз позвонила Дэнни на домашний номер, но никто не подошёл к телефону. Наверное, она ещё не добралась до дома.
Где-то на шоссе Дэнни неожиданно притормозил и показал куда-то в дождь.
– Вон она.
Когда Тина села в машину, она была промокшей до костей, замёрзшей и совершенно растерянной.
– Тина, – закричала я на неё. – Где ты была? Мы волновались!
Она не ответила, и только с отсутствующим взглядом смотрела сквозь нас. Её зрачки были в точку, она едва могла прямо сидеть. Должно быть, укололась чем-то совсем недавно. За всю поездку она не проронила ни слова.
Наконец Дэнни внёс её в гостиную. Там мы сняли с неё мокрую одежду, и я сварила ей горячее какао.
Не говоря ни слова и держа кружку дрожащими пальцами, она допила напиток и начала чесаться. Героин вызвал выброс гистамина, и теперь зудело везде.
Дэнни сел рядом с ней и взял её руки.
– Скажи, почему ты это сделала, Тина, – с нежностью попросил он.