– Нет, – ответил он. – Я точно буду мало спать в ближайшее время.
Так было и в это воскресенье. Дэнни допоздна лежал без сна, нервно проводил рукой по волосам и беспокойно барабанил пальцами по матрацу.
– Так не может больше продолжаться, Дэнни, – сказала я. – Завтра утром ты снова пойдёшь на пробежку. Час она без тебя переживёт.
Моё беспокойство, что иначе он просто взорвётся, росло. Именно сейчас, в стрессовой ситуации, ему нужно было как-то выпускать пар.
– Сейчас начнётся худшая фазу, – предрёк он. – Когда-нибудь она не позволит запереть себя.
Физические симптомы абстинентного синдрома держались в норме. Сначала её рвало, она плакала, кричала, и её било ознобом. Дэнни накрывал её целым ворохом одеял, поставил к кровати телевизор и по ночам спал в её комнате. Сегодня она выгнала его из своей комнаты, поэтому, если честно, я и думала, что ей становится лучше. В часы, когда она страдала, она ни на секунду не отпускала его от себя.
– Но худшее уже позади, да? – спросила я.
– Я на это даже не надеюсь. От этого дерьма так просто не избавишься.
– Но она приняла это всего три раза.
– До этого она была зависимой годами. К тому же она почти ничего не весит. И её психологическая конституция отнюдь не самая устойчивая, поэтому она и стала зависимой так быстро.
– Дэнни, – заговорила я, – завтра рано утром ты пойдёшь на пробежку. Я не спущу с неё глаз ни на секунду и поеду на работу попозже, обещаю.
– Ладно, – согласился он. – Лучше бы тебе вернуться через неделю. Потому что следующий этап будет отвратительным.
Дэнни был, как всегда, прав. Уже в следующую ночь Кристина пришла к нам в спальню.
– Я хочу уйти! – прорычала она. – Если вы сейчас же не выпустите меня из этого проклятого дома, я свихнусь.
– Ты не выйдешь отсюда, Тина, – ответил Дэнни. – Что бы ты ни сделала, ты останешься здесь.
Она стала бегать по кругу, как сумасшедшая. Дэнни встал, надел спортивные штаны и свитер. Я задумалась, собирался ли он выйти вместе с ней или просто настроился на долгую ночь. Без предупреждения она побежала в столовую, схватила стул и принялась бить им входную дверь. Дэнни крепко обхватил её сзади, я забрала у неё стул, и она завизжала, как сумасшедшая. Кулаками она била Дэнни.
– Я ненавижу тебя, – кричала она. – Что даёт тебе право вмешиваться в мою жизнь? У тебя своих проблем мало? Беспокойся о своём дерьме!
Дэнни просто взял её запястья и дал ей буйствовать. Она пнула его и даже попыталась укусить его. Он отпустил её только тогда, когда она потребовала отпустить её в ванную. Дэнни хотел пойти с ней, но она закрылась. Потом она очень долго раздражалась и ругалась. Он облокотился спиной о дверь ванной и ждал, а я тем временем пыталась поспать, потому что на следующий день мне нужно было на работу.
Кристина не уставала объявлять, как сильно ненавидит Дэнни, и что ему стоит убраться из её жизни. В какой-то момент я встала и села на пол рядом с ним. Он сидел, положив локти на колени, уткнувшись лицом в ладони и рыдал.
– Она не считает так по-настоящему, – попыталась я утешить его.
– Я это понимаю, – ответил он. Он тёр глаза, пытаясь избавиться от слёз и снова взять себя в руки.
– У неё ничего не получилось, Даки, – прошептал он. – Мы потеряли её. Интуиция подсказывает, что мы её потеряли. Мы больше не достучимся до Тины.
– Почему ты говоришь так? – в ужасе спросила я. – Это просто регресс. Она поедет в клинику и вернётся без зависимости.
Откуда появились эти странные мысли? Дэнни обычно был оптимистом, как он дошёл до того, что из ничего делает такие заключения?
Он пожал плечами, помотал головой и снова заплакал. Плечо к плечу, мы сидели у двери и прислушивались, что творилось внутри. Через несколько часов она вышла и снова набросилась на Дэнни. Мы вместе укутали её в одеяло, зафиксировав руки и ноги, чтобы избежать ударов и тычков, и увели её к нам в кровать. Дэнни лёг позади неё и изо всех сил и всем своим весом удерживал её на месте. Мы накрыли её целой горой одеял, но она всё равно мёрзла. На улице уже рассвело, когда она наконец заснула.
– Иди на пробежку, если ты в состоянии, – велела я, чувствуя, что иначе он сведёт меня с ума, потому что принимает всю эту историю слишком близко к сердцу. – Закрой дверь снаружи, я останусь с ней.
– Спасибо! – Дэнни поцеловал меня и ушёл.