– Формула.
– Отдых на пляже или серфинг?
– Серфинг.
– Полет на Марс или погружение на дно океана?
– Полет на Марс.
– Ричард Брэнсон или Илон Маск?
– Брэнсон.
– Деньги или слава?
– Деньги.
– Карьера или семья?
– Карьера.
– Блондинки или брюнетки?
– Блондинки.
– Миниатюрные девушки или высокие?
– Высокие.
– Брак или отношения без обязательств?
– Эй, ты похоже плохо вычеркивал вопросы.
– Подловил. Простите, дорогие слушательницы, не прокатило.
Не замечаю, как прилипаю к экрану. Да уж. Дурацкие вопросы, дурацкие ответы. Ясно одно – для Алекса я явно не девушка мечты. Он предпочитает блондинок, а у меня волосы русые. Ему нравятся высокие девушки, а мой рост едва дотягивает до ста шестидесяти семи сантиметров.
Мама нажимает на паузу, прерывая смех ведущего, и устремляет на меня пристальный взгляд.
– Не вздумай портить свои шикарные волосы ради него.
– Мама, он не мой,– возмущаюсь я, заправляя длинную прямую прядь за ухо. – И разумеется, я не собираюсь ничего делать с волосами.
– Правильно. У тебя красивый натуральный цвет. Никогда не понимала, почему блондинки так популярны.
– Ты же сама блондинка! – удивляюсь я.
– Ну я-то натуральная, – как ни в чём не бывало парирует мама. Само собой, это не так – подтвердит любой парикмахер. – А вообще знаешь, что я тебе скажу, доча?
Вопрос не требует ответа. Мама продолжает вещать наставническим тоном:
– Есть в счастливых отношениях один важный секрет. Запомни его. Потом ещё спасибо скажешь.
Закатываю глаза и тяжело вздыхаю. Мамины секреты страшно меня утомляют.
– В отношениях всегда должен любить мужчина. А женщина… Женщина только позволять себя любить. Понимаешь, о чём я?
– Мама, спустись на землю. У нас с Раменским нет и никогда не будет никаких отношений.
– Кто знает, доча. Ты у меня девушка видная. Хорошенькая, как и я в молодости. А этот твой Раменский не только тренер, но и мужчина. Правда, судя по интервью, не очень-то надежный. Ты и так уже совершила ошибку – увлеклась им раньше времени. Надо было действовать тоньше.
Откидываюсь на кресло и закрываю глаза. Спорить с мамой себе дороже, а потому самое время вспомнить, что я умею молчать. Мама не сдается:
– Посмотри на нас с папой. Мы вместе двадцать два года, а он меня до сих пор на руках носит.
– Хочешь сказать, что никогда не любила папу? – Чувствую болезненный укол в груди.
– Скажу, что позволяла твоему папе любить меня. И жизнь доказала, что поступала исключительно мудро.
– Да уж, мама. Всем советам совет.
– А вот сама потом поймешь, что я права. Надеюсь только, перед этим не набьешь много шишек, – мама подходит к ростовому напольному зеркалу, стоящему в углу комнаты, и внимательно себя осматривает. – Знаешь, сколько вокруг меня таких Раменских крутилось? Может, денег у них и поменьше было, а вот внешне один в один. А я выбрала папу.
– Как же папе повезло, – с легкой иронией произношу я. Мама ничего не замечает.
– Ладно, доча. Не засиживайся и ложись спать. Завтра тебе надо быть в форме.
Мама ещё несколько секунд любуется своим отражением, поворачивая голову то влево, то вправо, а затем покидает комнату. Провожаю её взглядом, в ту же секунду выбрасывая мудрые наставления из головы.
Как только дверь закрывается, беру со стола папку с документами и проверяю, всё ли положила. Документы – паспорт, полис, СНИЛС – на месте. Билеты на самолет до Сочи и обратно – есть. Бронь гостиницы – лежит. Подтверждение оплаты тренинга “Бог продаж: ступень первая” – тоже.
Ну и дорого же ты мне обходишься, Алекс Раменский! Но зато теперь я как никогда близка к тому, чтобы избавиться от любовного наваждения. Как там говорится? Пришел – увидел – разлюбил. Да-да. Каждый знает, что известные красавчики очаровательны лишь на публике, а в жизни – отвратительные и самовлюбленные типы. Судя по интервью, с Алексом будет та же история. И уже послезавтра я смогу убедиться в этом лично.
Тяжело вздыхаю и закрываю ноутбук. Переодевшись в пижаму, выключаю свет и забираюсь в кровать. Сердце стучит сильнее обычного. До встречи с Раменским остается один день, девять часов и пятьдесят три минуты.
Глава 2. Три укуса
Вылет назначен на два часа дня. Папа работает, хотя сегодня и воскресенье, а потому в аэропорт меня везет мама. Не теряя времени даром, снова учит жизни: выбирая наряд, нужно приоткрывать только одну часть тела – либо ноги, либо грудь, но ни в коем случае и то и то. Явно камень в мой огород, ведь сегодня на мне короткие льняные шорты с завышенной талией и свободный белый топ на тонких лямках. Интересно, если бы я в плюс тридцать надела водолазку, мама была бы довольна? Или сказала бы, что наряд не должен быть слишком обтягивающим? Продолжает нравоучения: ухажерам следует намекать, что отношения возможны, но никогда не позволять лишнего; целоваться разрешается не раньше второго свидания; в половые отношения сейчас вступать неразумно, ведь моя девственность – дополнительный козырь, который еще пригодится; и самое главное – необходимо держаться подальше от Раменского, потому что “такие как он хороши в постели, а для брака не годятся”. Интересно, откуда она знает? А впрочем, нет. Мне совершенно неинтересно. Более того – я не желаю слышать ни единой подробности маминой половой жизни.