Лишь чуть смяв галстук, я поняла, что слишком расчувствовалась. Осторожно проведя по нему рукой, я попыталась сконцентрироваться на работе, чтобы больше не говорить об этом, как услышала то, от чего окончательно чуть не позабыла всю схему узла святого Андрея:
— А ты в чем пойдешь? — продолжил Норвуд. — В де ля и что-то созвучное с рентой, о котором рассказывала в баре?
Неужели сам хочет поддержать разговор на эту тему? Попытка приободрить?
— В «Dolce&Gabbana», — довольно ответила я. — Темно-зеленое платье с мягкими драпировками и тонкими бретелями. Облегающий крой, чуть расклешенный подол и сверкающие пайетки, которыми усыпана часть платья…
— Любишь ты блестки, — ехидно заметил Норвуд.
Я сильнее, чем следовало, затянула ему галстук и получила от этого странное удовольствие. Норвуд рассмеялся таким искренним смехом, что я ответила ему тем же. И, боже мой, даже не хочу знать, с чем я теперь у него ассоциировалась.
— Я буду выглядеть прекрасно, — уверенно заявила я, представляя свой образ до мелочей.
— Не сомневаюсь, — серьезнее, чем я ожидала, ответил Норвуд, и от его голоса по мне пробежали мурашки.
Винный костюм «Brioni», воротник рубашки с расставленными уголками, лукавый взгляд Норвуда и чуть нахальная полуулыбка. В сумме с разговором об одежде, в котором прозвучало извинение за необдуманную фразу, и примеркой я чувствовала, что стекаю на пол.
Неужели между нами что-то происходит? Так бывает, что идиотский план заканчивается чем-то подобным? Вопрос со звездочкой, на который затруднительно дать точный ответ здесь и сейчас. Остается лишь плавать в собственных предположениях и сомнениях, пока все не станет ясно. Или не прорежется смелость все узнать…
___
*42 размер
Глава 5. Квота на сказки, «Paradise Club» и самая быстрая доставка
Жизнь стала слишком бурлящей даже для меня. Поэтому, доехав до дома, я надела любимую уютную пижаму с длинными рукавами и штанами, нанесла маску на лицо, заварила мятный чай и села изучать события светской хроники, которые пропустила, в надежде провести спокойный вечер. Хорошо, что летом движение элиты Манхэттена переносится в Хэмптонс, куда все сбегают от жары. Можно быстро все нагнать, чтобы на коктейле владеть темами.
Вечеринки. Благотворительные приемы. Сборы средств. Я листала фотографии, а потом неожиданно дошла до свадеб и объявлений о помолвках. Кажется, пока я отдыхала от социальных сетей и проглатывала оскорбление Джека, все шли в другом направлении и радовались жизни, оповещая об этом Манхэттен. Меня привлек заголовок, что основатель «Хант Индастриз» собирается жениться на школьной подруге, с которой встретился спустя годы, когда она пришла устраиваться к нему на работу.
«Старлин загадочно улыбается, когда речь заходит о старшей школе, а Дэниэл усмехается, наблюдая за реакцией своей невесты, и кладет свою ладонь поверх ее. Пара вспомнила одно из ярких событий, которыми богаты их отношения, но на уточняющий вопрос ответ дать не спешат. Звучит лишь заявление, что некоторые воспоминания должны остаться сокровенными…»
Я прочитала отрывок интервью и с тоской сделала глоток чая. Наверняка многим людям такая история пришлась по душе, но как много мы не знаем? Светская хроника, как истеричная дама, впадающая из крайности в крайность: либо что-то настолько милое, что начинаешь ждать рядом щебетание птиц из мультфильма «Дисней», либо что-то настолько жесткое, что ты летишь с социальной лестницы со скоростью света, оставляя после себя лишь мокрое пятно.
Я задумалась: а что бы написали про нас с Джеком? Такую же милую историю, как он пришел на примерку к Оливеру и влюбился в его ассистентку? Звучит банально, но, как показывает практика, простые люди любят судьбоносные встречи через много лет, неравные союзы и случайности. Жаль только, что эту любовь не разделяют ведьмы Верхнего Ист-Сайда, которые захватили королевство. Готова поспорить, что у них даже есть квота на сказки для попадания в прессу, чтобы допустить в свое царство лишь определенное число чужаков, но оставить простым смертным эту веру во что-то волшебное.