— Может, ты хочешь куда-нибудь поехать, типа свадебного путешествия? — Хочу, — кивнула головой Люда, — в Туапсе и как можно скорее. Егорушка букву Р научился говорить, мамка говорит — целый день спрашивает: — Ррей де?
Зазвонивший телефон прервал их разговор, звонили родители, шумели в телефон детки, смеялись долго, особенно, когда сынок раскатисто сказал:
— Юрра!
Родители предупредили, что прабабушка ждет не дождется зятя, оценить, ей, видите ли, мало мнения Пашки и Марины — надо самой увидеть и понять, что за фрукт.
Юра посмеялся:
— Скорее овощ, в прямом смысле этого слова, что-то среднее между хреном и редькой, не очень съедобный для чужих.
— Что решили со свадьбой? — поинтересовалась Марина.
— Приедем к вам — вместе и решим. Юре приспичило шумное торжество, а я не хочу!
— Ну это к баб Клаве. Она теперь каждый вечер наряжает мелких и идет с ними на тусовку, к своим дедам-бабулям, хвастается напропалую, а Тасюня уже всех мужчин очаровала, глазки строит напропалую, но Егорку слушается во всем
. Они втроем идут впереди, а мы поодаль, так забавно наблюдать: бабуля наша вся такая экстравагантная и эти два сокровища — серьезный Егорка и хитренькая Тасюня, идущие за ручку. Егор у нас со всеми за руку здоровается, серьезно так, а Тася воздушные целувки посылает. Танцы каждый вечер, наши мелкие прыгают, стараются повторить какие-то движения, ещё подходят с детишками, вот и натанцовываются, частенько на руках засыпают. Море нравится, но вот по Реэю оба скучают. Спросишь по кому соскучились, перечисляют: первым идет Рэй, потом только — мама, Юра, баба Тома, деда Нёй, Ваня.
Люда посмеивалась:
— С Рэем конкурировать бесполезно, он тоже весь извздыхался, скучает сильно. Меня каждый день встречает, внимательно так смотрит, ждет, что я ему скажу про детей. Говорю, все хорошо, скоро поедем, детки тебя ждут! — вздохнет и идет в тень. Не представляю их встречу, там точно не до нас будет, сыночек скорее всего и не заметит никого кроме своего собакина.
Через десять дней поехали поездом впятером — Люда с Юрой, Тома и Ванька с баб Паней. Папка с мам Любой, прилетевшие из Турции, загоревшие, счастливые, без звука отпустили их на море с теть Людой. Ной улетал на следующий день с Рэем самолетом до Краснодара, а оттуда на такси чуть больше ста километров все легче, чем больше суток мучить пса в поезде по жаре.
Гошка умотал в Пензу к своей рыжей, Рэйка была при папке и мам Любе — все при деле. Ванька с баб Паней, которая ваще ни разу не была на море, будут жить на частной. Ной с Рэем в том же доме, что и баба Клава. Теть Людина бабуля уже нашла всем жилье. Ваньку устраивало, что жилье неподалеку от моря и наших — у своей коллеги по танцулькам, как выразилась баба Клава, вот и схитрил внук, говоря вечно сомневающейся бояке, которая сперва не хотела ехать:
— Ты чё? Я же за три недели схудну. Ветром шатать начнет, если буду всякую муть есть. Не, тут ты не права — я без домашней пищи не согласный. А море мне, сама знаешь, здоровья для — очень даже нужно.
Вот и поехали — бабуля всю дорогу не отлипала от окна, или болтала с баб Томой. Ванька дулся в дурака с теть Людой и дядь Юрой, мухлевал, орал, обижался... потом мирились, пили чай, много разговаривали, болтались по перрону на больших станциях. Приехали рано утром, созвонились с дедом Ноем, — они уже подъезжали, неспеша пошли к дому баб Клавы.
Уютный двухэтажный домишко на восемь квартир утопал в цветах, лавочки, беседка, небольшая песочница, детские качели-карусели — уютно, красиво, чистенько.
Присели на лавочки, наконец-то подъехали Ной с собакиным, тот едва вылез, втянув воздух, начал радостно вилять хвостом и потянул Ноя за штанину.
— Ааа, бродяга, учуял? Может, ещё спят наши малыши?
— Как же! — улыбнулся Юра, заслышав детские крики в подъезде. Открылась дверь, придержанная дедом Пашей, и на крыльцо выскочил Егорка, на мгновение остановился, растерянно оглядывая всех: мама, Юра, деда Ной, баба Тома, Ваня... и увидел свое счастье, нетерпеливо мотающее хвостом... и всё.
С громким криком:
— Рррей моя! — скатился с крылечка и полетел к собакину.
А собакин — гордый, разумный, независимый пес, радостно поскуливая, почти на пузе — пополз к своему ребенку — Егорка с разбегу запрыгнул на спину собаке, обнял изо всех своих силенок и замер. А с другой стороны обняла башку (Лея-пока ещё) подбежавшая за братиком — Тасенька. Будучи девочкой ласковой, она гладила собачью морду, целовала холодный нос, а Рэй, похоже, забыл как это дышать. Такая встреча никого не оставила равнодушным, впечатлились даже соседи, выглядывающие из окна.