Марий ругался на неё, чтобы она притушила свое рвение и не падала по вечерам замертво на кровать, засыпая сразу же. И не догадывалась Эль, что сидел он возле неё подолгу и любовался своей девочкой. Марий во всем помогал ей, не позволял поднимать тяжести, если она начинала спорить, просто поднимал её на руки и подолгу гулял так, вынуждая её держаться за могучую шею. Эль так быстро привыкла к такому способу передвижения, она больше не боялась ничего с таким защитником и расцветала от его внимания и любования.
В один из дней он исчез до поздней ночи, ничего не сказав, Эль испугалась до заикания, что с ним что-то случилось. Она металась по домику, потом вышла на улицу, присела на его любимое место и незаметно задремала. И не слышала, как над поляной кружился золотистый дракон с красными бликами. Тяжело опустившийся дракон устало выдохнул, потом увидел скрючившуюся на камне фигурку, мгновенно пошел рябью и через минуту встревоженный Марий, одетый только в тонкие подштанники, в несколько шагов оказался возле Эль. Присмотревшись, понял, что девочка пригрелась на его любимом камне и усталая уснула.
Как бережно взял он её на руки, у него у самого замирало сердце, а когда сонная суженая, на мгновение открыв глаза, увидела его и, облегченно вздохнув, пробормотала:
— Марик, ты вернулся!! — у дракона задрожали руки, он донес её на кровать и осторожно поцеловал её:
— Спи, девочка моя!
Утром Эль изумлялась — Марий приволок множество продуктов.
— Но как ты, ой, то есть, Вы, их донесли да ещё в горы?
— Девочка моя, я очень рад, что ты меня стала звать на 'ты', так и продолжай, а донести? Милая, я же дракон-драконище!
Как старалась Эль постоянно приготовить для Марика что-то вкусное, и все у нее получалось. А изумленный Марий только счастливо вздыхал и объедался.
Через пару дней он, предупредив Эль, чтобы не переживала, рано утром ушел-улетел на пять дней по важным делам. Её веселили зайчики, пели птички, через день прибилась и стала почти ручной изумрудная ящерка, а Эль скучала и тосковала без своего такого, как оказалось, нужного дракона.
Как она ждала его... и дождалась — вечером четвертого дня в небе появилась какая-то большая птица, Эль загляделась на неё, а птица, становясь все больше, вдруг стала золотистой, с красными бликами..
— Марий? Марий! — Эль в восторге прижала руки к груди.
Дракон неспешно снизился и приземлился. Эль, не сдержав восторженных криков, подбежала к нему и начала целовать огромную морду, она гладила его шрамы, смеялась и целовала нос, и как-то не заметила, что целует уже не шершавую морду, а лицо Мария. Она смутилась, дернулась было убежать..
— Ну уж нет, девочка моя, суженая. Я тебя пять столетий искал, не отпущу!
— Как меня искал, почему?
— А было мне сказано, что суженая моя будет с волосами цвета серебристых лунных бликов на воде, но не было в нашем мире никого с такими волосами, отчаялся я было, а тут мальчишка, падающий в глубокий овраг... Эль, девочка моя маленькая, скажи, что я тебе не противен?
Эль спрятала личико на широкой мощной груди и, уткнувшись в неё, тихонько сказала:
— Очень даже... не противен!
Рев счастливого дракона слышали все горы окрест!
А через день Эль, сидящая на своем необыкновенно красивом драконе, увидела море с высоты. Огромная масса воды, сливающаяся где-то далеко-далеко с небом, цветом, и правда, напоминающая её глаза, ветер, пахнущий чем-то незнакомым, и приближающийся берег с белым песочком. Как полюбила Эль бродить или бегать по шелковому песку босиком, она убегала от своего дракона, радостно смеясь, а Марий делал вид, что никак не может догнать её.
А по вечерам, когда всходила луна, они долго любовались на лунную дорожку в море, Эль действительно убедилась, что и дорожка, и её волосы одинакового цвета. На дорожку она любовалась, уже привычно сидя на руках, вернее на одной руке своего 'старенького дедушки', и не было счастливее их во всем свете.
А Аль вышла замуж за старого бакалейщика, когда родители внезапно оказались нищими. Спустя месяц после исчезновения Эль, наведался к ним незнакомый, мощный, огромный мужик... о чем они говорили — осталось тайной, только на утро пронеслась весть по городишку, что родители Аль очень непорядочно поступали с сироткой Эль, и муж её, оказавшийся самым настоящим драконом, стребовал с них все причитающееся его жене. Не нужно было Марию это приданое жены, но справедливости ради и были наказаны родители Аль.