— И чё я пацана хотел? Девочка, она лучше, ласковее. Пап, мне так время не хватает, это я холостой, а вот жениться надумаю, совсем ведь ничего успевать не стану.
— Вань, что — уже пора пришла?? — хохотал Славка. Он тысячу раз про себя порадовался, что встретил Люду Стасову. Вон как круги по воде, от неё пошла доброта — с Ноем и Рэем подружились, Старостины, Людины одноклашки — все приняли их в свой дружный коллектив. Ему тепло на душе, а что говорить про сына — куда делась его замкнутость? Он дурачился, хохотал, с удовольствием возился и с детьми, и со щенками, принял полностью свою вторую бабушку — у ребенка теперь была насыщенная и шумная жизнь. А хорошо сыну — хорошо и Славке.
— Пап, ты, может, это... - как-то выдал сын.
— Что это?..
— Ну, я же теперь пристроенный — вон баб Паня, Рэя рядом, может, тебе жениться пора пришла, баба Галя постоянно называет тебя — неприкаянный. А чё, и женись, я, может, и не против буду, если вон как теть Люда Стасова или теть Маша Старостина будет.
— Вань, а может как Оксанка Кравчукова? — переводил стрелки папка.
— Не, ну я на полном серьезе, — обиделся Ванька.
— Честно?
— Ну а то, я-то тебе все вываливаю.
— Честно, Вань, пока не думаю об этом. Вот будет тебе лет двадцать, будешь самостоятельным, тогда, может, и соберусь. Если опять же ты одобришь.
— Это сколько тебе тогда будет? Сорок три? Дядь Вова Волков в тридцать четыре Арсюшку родил!!
— Вань, а про детей — ну что-то не встретилась ещё женщина, чтобы родить захотелось.
— Да ты как дед старый — никуда и не ходишь, вон, в ресторан бы кого сводил, на концерт какой.
— Вань, отстань, а? Приведу вот кого даже в гости, надуешься же и будешь потом неделю со мной не разговаривать.
Ванька почесал макушку:
— Несамостоятельный ты, я буду приглядываться, какая мне понравится, сразу скажу. Пап, а вот женился бы ты на теть Люде, такая классная тетка.
— Да вся беда в том, что тетка классная на меня внимание обращает вполовину меньше, чем на тебя.
Ванька засиял.
— Да, у теть Люды все тетки клёвые — не сюсюкают, а как нормальные со мной болтают, а теть Натусик Луговая все время меня сватает за их Полинку, зятем вон зовет.
— И что?
— Да ну... Она у них фыркает все время и воображает много. Мне теть Людина малявка больше нравится, глазки строит и обниматься лезет, смешная.
Ной внимательно вглядывался в своего Гию.
— Что-то ты сильно похудел сын?
— Да нервничал много, то одно, то другое... враз навалилось всякое-он поморщился. — Но все позади — я дома!! Рад!! А ты, пап, просто помолодел, не женщина тому виной?
— Нет, внуки. Ох, и шпанюшки растут, особенно Тасюнька, вот ведь — кнопка, а уже такая кокетка... прабабка Клава учит, там что-то с чем-то вырастет.
— А Егор?
— Егорка — это мужик, представь нам помогает, молоток, планочки маленькие подает, мы ему деревянный молоточек сделали, стучит постоянно, а уж с Рэем любовь... — Ной рассказал про щенков, Георгий посмеялся:
— Завтра обязательно пойду с тобой. Очень хочу их увидеть, я уезжал они совсем маленькие были а сейчас уже такие большие. А Люда как?
— Люда? Сам увидишь!! Она сейчас в Швейцарии, через три дня прилетает, не хотела лететь — мы настояли.
Ной сразу же просёк, что его сынок чем-то сильно удручен, явно что-то ещё имеется, кроме расставания с друзьями, но спрашивать не стал, надо — сам расскажет, возраст-то не мальчика.
Георгий разоспался. Ной его будить не стал, потихоньку суетился на кухне, готовил любимые кушанья сына.
— Пап, ты чего меня не разбудил, доброе утро, или скорее, день? — заглянул сонный Гия.
— Доброе, доброе, сын! Надеюсь, хорошо спалось?
— Конечно!dd> После сытного обеда собрались к Стасовым. Едва вошли во двор к Ною с криком:
— Деда, деда! — шустро подбежала шустрая девчушка, а из-за угла на Рэе выехал Егорка.
— Ох, ты! Какие вы большие стали! — Георгий присел перед Егоркой. — Иди ко мне, мужичок!
Малыш серьезно посмотрел на него и, отпустив шерсть своего любимого Ея, протянул ему ручки:
— Дядя!
Георгий бережно взял его на руки, оба внимательно вглядывались друг в друга, потом Егорка улыбнулся во все свои восемь зубиков.
— Ох ты, какой славный мальчуган!
Егорка потянулся к своему верному 'коню', а Ной передал ему маленькую кокетку:
— Тасечка, покажи дяде глазки!
Малышка растопырила пухленькие пальчики, озорно посматривая на него через них. Георгий не удержался, поцеловал её в щечку.