Пошла в кабинет, опять посмотрела на эту карту, в уголке пятно, как бы запекшаяся кровь.
. -Кровь..? О, это наверное товарища спасенного, тезки певца.
С обеда приехал Олег и шумно что-то рассказывал девчонкам, пьющим кофе:
— Людмил Пална, ну хоть Вы моей бабуле скажите...
— Что сказать?
— Да вот, прочитала в местной газете про аварию на мосту — весь обед меня пилила. Я ей сто раз говорил, что никогда не гоняю, а она все как маленькая.
— Хорошо, скажу. А что за авария?
— Да вот, читайте: 3 февраля водитель джипа госномер... будучи в состоянии наркотического опьянения, превысив разрешенную скорость, на мосту не справился с управлением и, пробив ограждение, машина упала в воду. Все, находящиеся в машине, — водитель и четыре пассажира погибли.
— Жуткая картина, — сказала провизор Елена Викторовна, — мы как раз с работы ехали, когда машину краном вытаскивали, заснуть долго не могла после увиденного. Гоняют, а потом вот такие последствия.
— Олег, — по дороге домой сказала Люда, — я нашла карточку клубную, ко дну коробки прилипла, надо бы как-то передать владельцу.
— Антонову? Да у меня сосед Ромка к нему заниматься ходит, я телефон спрошу. Молодец мужик, лихо расправился.
— Думаешь, это те самые?
— Да, номер-то я видел четко тогда, а Антонов, он даже в спорте никому обид не прощал, но Ромка говорит — мужик справедливый...
Юрка, теперь Юрий Михайлович, был в бешенстве. Никак не могли договориться с соучредителями об открытии клуба для детей и подростков. Чтобы не болтались по подвалам, а за небольшую плату ходили заниматься, ребята, бывшие спортсмены, уговорили Антонова быть их представителем, а эти... учредители тянули каждый на себя одеяло. Да ещё добавила злости его бывшая женушка. Приладилась каждую неделю названивать и клянчить денег — дурак, повелся перед разводом на крокодильи слезы, пожалел. Как же — родители далеко, а она такая вся несчастная. Что не помешало этой сиротинке вылить несколько бочек дерьма при разводе. И откуда что взялось, пока Юрка потом и кровью пробивался наверх, была нормальной девчонкой. А потом поперло, как из деревенского туалета, в который летом по жаре бросили пачку дрожжей. Был у них с Ленькой такой эксперимент в детстве, пол улицы жителей матерились...
— Ведь четко сказал, что все — чужие люди, нет... Опять?
Он, не глядя на высветившийся номер, нажал кнопку и заорал:
— Работать иди, кобыла гладкая, не звони мне больше!
— Я и так работаю, — как-то растерянно произнес мелодичный женский голос. — Я звоню по поводу клубной карты...
Юрка озверел:
— Дама! Прежде чем звонить и набиваться незнакомому мужчине, озаботьтесь хотя бы... - в трубке послышались гудки.
— Здорово, Юр! — нарисовался на пороге Ленька. — Чего как дракон огнем пышешь? Кристиночка звонила, плакала, как сиротски живет, пожалел опять?
— Да ни хрена, совсем ничего не понимает, достала!!
— А не надо было на ноги от ушей двухметровые вестись! Как же, чемпион, дама должна соответствовать и так далее.
— Лень?
— Ладно, смотри, чего в мире происходит.
Он подал Антонову заметку про упавший с моста джип.
— Все как и должно быть! — философски заметил Юра. — Теперь бы ещё в клуб как-то попасть, туда без карты хрен проберешь...ся?? Лень, я мудак!
— Наконец-то самокритично себя оценил.
— Лень, я больше даже, я мудило!
— Чего это ты так себя?
— Лень, мне позвонила дама сразу после женушки, и сказала, что по поводу клубной карты, а я...
— А ты раненым зверем орал, чтобы тебе не навязывались всякие?
— Примерно так, и что теперь делать?
— Снять штаны и бегать... Юр, ну ведь сороковник в этом году стукнет нам... Даму как зовут, не Людмила?
— Она не назвалась. Я её... отлаял, — вздохнул Антонов.
— И правильно, нечего нашего такого крутого мальчика...
— Лень, удивляюсь, как Танюха тебя терпит столько лет? — пробурчал Антонов.
— Очень даже хорошо терпит, троих вон родила, сказала, что и четвертого не против, Леонидовна вон подрастет малость, говорит, чтобы всех было поровну.
— А если опять пацан будет?
— Ну а чего, тогда будем ещё двух до комплекта рожать! Нам ведь на подиум не требуется.
— Надо было тогда Танюху у тебя, увальня отбить.
— Дай трубу. Городского телефона, дубина.
— Танюх, да, я у Юрки. Как Дракон огнедышащий, ага, любовь всей жизни в любви объяснялась, точно. Тань, в тумбочке, там всякие листочки, я вроде на билете записывал два телефона, Люда и пацан, не помню, как звать, поищи. Не, ну, а как — женские имена, они такие, запоминающиеся, чего мужиков-то, мужик он и мужик. Сашку? Да, заберу, обещал в хоккей с ним погонять, часов в пять явимся. Ага, жду.