— Вань, — захохотал в голос Волков, — я тебя хоть сегодня в зятья беру! Ладно, если всурьез, то к семи всем быть, Александр отказа не приемлет. А чё? Гулять — так гулять, тем более завтра выходной. Все я побёг, мы сейчас проснемся и начнем требовать еды. Парниша-то типа меня и Ваньки — любитель покушать! Все, пока всем. Чемпион, ты непременно будь, ух как я рад!
Лебедевы отказались сразу:
— Мы — домой!
Ванька чего-то доказывал Любе, Тома, вышедшая на громкий голос Волкова, сказала, что она останется с внуками.
— Нечего их по чужим людям таскать!! Стасовы, вы — собирайтесь!
— Люда, сколько там ещё женщин будет, примерно? — поинтересовался Юра.
— Пять точно.
— Хорошо, я поехал за цветами, потом вас забираю.
— Но, Юра! — начала было Люда, а он не удержался, чмокнул её в нос и, разулыбавшись, сказал:
— Все, не обсуждается, без четверти семь — заеду.
Марина негромко сказала Пашке:
— А ты прав, Паш!
Тот заулыбался:
— Не, Мариш, не я — Ванька прав!
— Вань, ты где, здесь будешь или у Горбылевых?
— Чё я там не видел у твоих Горбылей? Не, я здесь вон с Рэем пробегусь, с мелкими побарахтаюсь. С баб Томой чайку замастырим... тортик скорее всего найдется..?
— Найдется, Вань, найдется! — засмеялась Тома. — Ты же наш старший внук, мы заранее прикидывали на твой аппетит, два тортика имеются!
— Во! — Поднял вверх указательный палец Ванька. — Главное, что? Главное — уметь дружить с женским полом! Всегда подкормят.
— Проглот!! — папка с такой любовью смотрел на свое вихрастое чудо. — Откуда что взялось, маленького уговаривали: за папу, за бабу — сейчас вон...
— Пап, я пока гусеница шелкопряда, прожорливая... Вот вылуплюсь...
Стасовы, Нижарадзе и Юрка приехали, когда почти все уже были в сборе. Люду целовали какие-то нарядные женщины, обнимали мужики.
— Юра, это все одноклашки Людины. — Негромко сказала Марина. — Они вот через тринадцать лет нашлись и не теряются больше. Юркины букеты, он, не заморачиваясь, взял десять — мало ли, кто-то останется без цветов — как раз пришлись кстати, хватило на всех. Было шумно, весело, празднично. Одноклашки оказались таким прикольными, придумывали всякие розыгрыши, конкурсы, классная, смешливая такая тетка, держалась за живот, заболевший от смеха:
— Ребятки, уморили!
— Ну что, НинСанна, оценочки нам поставите за поведение? — всунулся Вовка.
— Несомненно — всем пять с плюсом!
— Вот, через пятнадцать лет только и заслужил!
Потом, дружно сдвинув столы начали танцевать, кто с кем, разбивая друг друга, дурачась и смеясь... устали, начали петь в караоке, Волкова прогнали:
— Иди в зрители, тебе даже не медведь — слон на уши наступил.
— Ну и подумаешь, я вот дома всегда пою, сын слушает и подпевает! Натусик, скажи? — Он с нежностью посмотрел на свою Луговую.
— Скажу, скажу! Подумаешь, иногда беруши вставляю!
А потом Шихарь, хитренько взглянув на Антонова, улыбнулся и сказал:
— А теперь, тезка нашего обожаемого певца, споешь? Или тоже как Вовка?
— Да нет, отчего же!
Юрка взял микрофон, поискал мелодию и негромко запел, тезкину...
— "Без тебя, без твоей любви богатства всей земли мне будет мало..."
Приятный баритон разносился по ресторану, все замолчали, а Юрка пел и не видел никого, кроме Люсеньки, вкладывая в эту песню всю всю душу и любовь, в этом он не сомневался, что любит её, да и остальным было понятно, что этот Антонов никому не отдаст их Стасову. Люда слушала песню, задумавшись, понимая, что начал нравиться этот грубятина, но...загадывать она не торопилась.
А Юрка, помолчав, нашел другую мелодию — 'Восточную песню', вызвав бурю восторга присутствующих, тут все оживившись запели,
— Юра, это же моя любимая песня! — воскликнула НинСанна. — Эти невозможные ученики всегда мне её пели, подлизываясь. А Юрка отдав микрофон кому-то, аккуратно обняв Люду, повел её танцевать, никто не пытался разбить эту пару. Юрка ничего не говорил, просто наслаждался тем, что вот она, Люсенька, в его руках. И он, как говорится, костьми ляжет, но она и её славные малыши должны быть с ним рядом, ему без них холодно и неуютно. Но каким-то чутьем понимал, что пока рано говорить этой, так необходимой ему женщине про это, он ясно видел, как настороженно она к нему относится, но это пока!
Мужики пошли перекурить, Юрку уцепил Ной:
— Юра, на пару минут!
— Да, Ной Нодарович?
Отошли в сторонку.
— Ты уже понял, что Люда мне дочкой стала, один вопрос к тебе. Ты серьезно настроен, или это способ завоевать очередную женщину?