При подъеме на второй этаж на них бросился первый встреченный обитатель дома. Среднего роста мужчина в халате на голое тело и в туфлях без задника выскочил из-за поворота коридора. Сабля в выпаде скользнула по груди Пригодько, звякнув о кольчугу. Захар встретил противника ударом приклада. Тщедушное тело улетело к противоположной стене и, глухо ударившись, сползло на пол.
Спустя секунду воевать пришлось всерьез. Сразу двое, судя по доспехам, охранников вылетело из маленькой каморки. Один с коротким копьем ринулся на Захара, второй, с саблей, попробовал протиснуться по узкому коридору к Малышеву. Два выстрела, Кости и Захара, слились в один. Заряд картечи буквально снес воина с копьем, а вот пуля револьвера даже не задела противника.
Оставшийся в живых мусульманин закричал, призывая подкрепления, и ударил Костю. Звякнула сталь доспеха. Охранник тут же добавил еще финт. Острие сабли скользнула по груди, чтобы острием войти подмышку. Малышев в уме возблагодарил мастерство миланского мастера, продумавшего защиту для каждого лоскутка тела, и сделал свой выпад. Меч с хрустом врезался в штукатурку внутренней стены – охранник успел увернуться. Он проскользнул ужом под лезвием, занося саблю для нового удара… Но не успел – Гарет ударил быстрее. Меч валлийца вошел в незащищенную шею, оборвав крик и жизнь.
Из-за спины Кости выскочил взволнованный Клод.
– Там лестница и проход в коридор с дверями, закрытыми решетками!
– Ты должен сторожить выход!
Франк заморгал глазами. Такое понятие, как дисциплина, тут еще было в новинку.
Ругаться было некогда. Снизу послышались выстрелы револьвера. Улугбек Карлович открыл огонь. Видимо, кто-то решил покинуть здание, ставшее небезопасным.
– Вниз! – Костя знаком показал Пригодько, чтобы он и Гарет продолжали осматривать второй этаж, а сам побежал обратно в пыльный "туман" первого этажа.
Вот и комната, из которой открывается дверь, сторожить которую поставили Сомохова. На пороге два трупа. Один в одеждах степного наемника. Мелкий, кривоногий, в халате на голое тело. В руке тугой лук и два мешка с вещами. Второй – тучный восточный мужчина в одних шароварах, но подпоясанный богатым поясом с наборными медными бляхами. Этот прижимает к заросшей груди ящик, весь покрытый резьбой. За поясом толстяка торчит ручка оставшейся в ножнах сабли.
Костя сунулся на улицу и тут же ночь вспорол еще один выстрел. Осколки камня над головой брызнули в открытый шлем и щеку.
– Улугбек Карлович! Это – я! Не стреляйте!
– Костя?
– А кто еще?!
За дверью послышалось шуршание.
– Ну, покажись!
Малышев медленно вышел в неяркий свет луны.
Напротив, в метрах пяти, стоял, замерев, ученый. Массивный револьвер в его руках слегка трясло, но дуло смотрело в сторону двери. У ног Сомохова скрутился Чуча, зажимающий хлещущую из горла кровь. Чужая стрела пробила шею навылет.
Только сейчас Костя заметил, что из внутренней стены дома торчит арбалетный болт.
– Вы в порядке? Сами не ранены?
Ученый опустил револьвер и склонился к генуэзцу. Но тому уже вряд ли кто мог помочь. Глаза итальянца закатились, тело свело судоргой.
Ученый, чуть погодя, и Малышев перекрестились над телом погибшего товарища.
– Они выскочили, как чертики… И сразу…
Сомохов запнулся.
Малышев подозвал Клода.
– Останешься здесь… Где ты видел двери с замками?
Франк ткнул рукой вправо.
– Ладно. Разберусь.
Костя перехватил поудобней ребристую поверхность "Смит-и-Вессона" и скользнул обратно в дом.
3.
Спешить оказалось некуда. Двое прислужников, решивших сбежать из атакуемого дома, сами сдались Тоболю, побросав при виде закованного в доспех русича и вещи и оружие. Кроме них в живых остался самый первый из встреченных обитателей, полуголый тощий мужчина. Еще четыре трупа. Больше в здании никого не было.
Тщательный обыск, который провели Захар и Гарет, ничего не дал. Вернее, удалось найти кучу серебряной и золотой посуды, ящик с монетами, расшитые золотом одежды. Но ни Горового, ни того, кто бы подходил на звание хозяина дома, внутри не было.
Прислужники лепетали бессвязные фразы, ополоумев от ужаса. Мужчина с саблей, связанный от греха подальше, не приходил в сознание. Русичи озаботились обороной.
В городе кипело сражение. Трубили рога, слышался звон сабель. Но не обратить внимание на взрывы и выстрелы ближайшие дома не могли. Спустя двадцать минут послышался топот, и к дому подбежало десятка полтора стражников. Редкие тростниковые щиты, разномастное оружие. Ополченцы!